Линки доступности

Маппетс в Москве, или Как «Улица Сезам» зашла в тупик


Эпизод шоу.

Наташа Лэнс Рогофф: «Мы вдохновляли российских детей идеями толерантности и свободы слова»

Сейчас, когда антиамериканские настроения в России, подпитываемые официальной пропагандой, зашкаливают, уже трудно представить себе, что не так давно, в начале 1990-х, возникали и успешно развивались уникальные совместные культурные и образовательные проекты. Одним из самых заметных начинаний эпохи перестройки, объединившим актеров, художников, драматургов, кинематографистов, телевизионщиков и продюсеров России и США, стал проект «Улица Сезам», подаривший российским детям радость общения с куклами маппетс.

Этой увлекательной и поучительной странице американо-российского культурного сотрудничества посвящена недавно вышедшая книга Наташи Лэнс Рогофф (Natasha Lance Rogoff) «Маппетс в Москве: Неожиданная, безумная и правдивая история о том, как создавалась в России «Улица Сезам» (Muppets in Moscow: The Unexpected Crazy True Story of Making Sesame Street in Russia). Она выпущена в свет издательством Rowman & Littlefield Publishers.

Телевизионный продюсер и режиссер Наташа Лэнс Рогофф с документальной точностью и с живыми подробностями реконструирует один из самых необычных совместных российско-американских проектов 90-х годов – создание русскоязычной версии популярнейшего американского ТВ-шоу для детей «Улица Сезам». Миллионы детей в России и в других бывших советских республиках полюбили смешных и веселых кукол маппетс. Автор книги знакомит с производственной кухней российского телевидения 1990-х годов, оказавшегося сферой запутанных интриг в коридорах власти и бандитских разборок.

Международная детская телевизионная программа «Улица Сезам» впервые была показана на канале PBS в 1969 году. С 2016 года выходит на канале HBO, а с 2019 года – на стриминговом сервисе HBO Max. В ней сочетаются куклы, анимация, живые сценки с актерами и документальные видеосюжеты. Действие происходит на студийной площадке с оригинальными декорациями, отражающими культурные особенности и эстетику страны, в которой снимается шоу. Главная цель программы – просветительская, а смотрят ее более чем в 140 странах. Куклы маппетс, которые появляются во всех совместных международных программах, созданы выдающимся американским кукольником Джимом Хэнсоном и его компанией «Джим Хэнсон продакшнз». Эта же компания создала кукол для маппетс-шоу.

Дети в разных странах полюбили Большую Птицу, Коржика, Элмо и еще многих забавных и трогательных персонажей. Для русской версии российские и американские художники создали оригинальных героев – Зелибобу, Бусинку и Кубика.

В России «Улица Сезам» выходила с 1996 по 2007 год на нескольких телеканалах. Оригинальные сюжеты, которые сочетались с материалами из американской версии «Улицы Сезам», были сняты в студии в Москве, а остальной материал был модифицирован и дублирован русскоговорящими актерами. Производством последовательно занимались несколько российских компаний, а съемки осуществлялись на киностудии им. Горького и «Мосфильме». Несколько сотен телевизионных профессионалов четыре месяца снимали сюжеты в самой большой студии Останкино. Шоу транслировалось на 11 часовые пояса. Финансовую поддержку проекту оказали американское правительство и ряд спонсоров.

Наташа Лэнс Рогофф.
Наташа Лэнс Рогофф.

Наташа Лэнс Рогофф – режиссер, продюсер и сценарист, работает на телевидении более 25 лет. В качестве исполнительного продюсера она работала на проекте «Улица Сезам» в России и как продюсер на мексиканской версии Plaza Sesamo. Училась в Ленинградском государственном университете, много писала о культуре советского андерграунда. Газета San Francisco Chronicle опубликовала ее сенсационную статью, одну из первых о преследовании в России представителей ЛГБТ-общины. В программе 20/20 канала ABC был показан фильм «Рок вокруг Кремля» (Rock Around the Kremlin), спродюсированный ею и ее американским коллегой в 1985 году.

Для своего фильма «Россия на продажу. Ухабистая дорога к капитализму» (Russia for Sale: The Rough Road to Capitalism), показанного в программе ABC Nightline с Тедом Коппелом в день путча 1991 года в Москве, она снимала протестные шествия и брала интервью у ультраправых коммунистов. Лэнс Рогофф тесно связана с отделением искусств, кино и визуальных исследований Гарвардского университета. Живет в Кембридже (Массачусетс) и Нью-Йорке.

Автор книги Наташа Лэнс Рогофф ответила по телефону на вопросы корреспондента Русской службы «Голоса Америки».

Олег Сулькин: Наташа, неизбежный вопрос: то, что происходит сейчас, - я имею в виду войну России против Украины, - изменило ли ваше отношение к тому отрезку истории, когда вы наводили культурные мосты с Россией?

Наташа Лэнс Рогофф: Я уверена: то, что мы тогда сделали, было огромным достижением, в особенности, в свете возникших перед нами препятствий. Созданное нами шоу «Улица Сезам» стало большим хитом и показывалось по российскому ТВ на протяжении десяти лет, захватив и изрядный кусок путинской эры. Оно повлияло на многих людей в России. И не только в России. Во время поездок по свету я встречаю выходцев из России, Армении, Грузии и других бывших советских республик.

Когда я упоминаю в разговорах с ними «Улицу Сезам», ответом обычно бывает широкая улыбка. Мои собеседники, а иногда и их маленькие дети, называют имена Зелибобы, Кубика и Бусинки – любимых кукол из совместного телешоу. Это вселяет в меня гордость за то, что сделала наша команда по обе стороны Атлантики. С другой стороны, очень трудно объективно оценивать то, что произошло тридцать лет назад, и то, что происходит сейчас. За это время были раздавлены независимые медиа, а простые люди лишены права на свободное высказывание.

Я с болью об этом говорю, как человек, который большую часть своей взрослой жизни посвятил освещению России в прессе и созданию фильмов о России, Украине и других странах, ранее составлявших Советский Союз. И, конечно, не может не ужасать нынешняя война, в ходе которой огромное число людей теряют свои жизни.

О.С.: Историки, аналитики задают вопрос: а могла ли Россия пойти по другому сценарию? Что вы думаете?

Н.Р.: Вы знаете, я тоже много думала об этом, исходя из своего собственного опыта. Скажем, внесли ли маппетс какой-либо вклад в изменение России к лучшему? Знаю точно – сотни и сотни людей творчества в России, которых мы привлекли к участию в этом проекте, не могли не измениться, впитав воздух свободы.

Наташа Лэнс Рогофф на съемках «Улицы Сезам».
Наташа Лэнс Рогофф на съемках «Улицы Сезам».

Они пожертвовали многим, они вложили всю свою страсть в нашу общую работу, в преобразование России – поставьте эти слова в кавычки – в «нормальную страну». Они создали воображаемый мир кукол, альтернативный реальному миру. Эмоции, страсти, которые ощущались в 90-е годы, были подлинными. Они вдохновляли.

Это было сложное время, когда стремление к свободе и надежда на создание нового общества сопровождались ростом насилия, хаосом, разбродом, конфликтами и войнами в бывших советских республиках. Западные страны, идолизировавшие рыночную экономику и свободу самовыражения, имели наивные ожидания, что переход к новой модели в России, от коммунизма к свободному обществу, будет быстрым как по щелчку пальца. Но это так не работает. Америке потребовалось 200 лет, чтобы сформировались институты демократии. Так что наши ожидания были нереалистичными.

О.С.: Вы считаете, что российские реформаторы и поддерживавший их Запад недооценили стоявшие перед Россией вызовы?

Н.Р.: Я думаю, что многие работавшие в то время в России иностранцы не понимали ее культуру и менталитет. Это, кстати, одна из причин, почему я написала эту книгу. Сейчас Россия на всех радарах – из-за ее войны против Украины. Тогда, в 90-е, мы, можно сказать, глубоко нырнули в Россию.

И пусть это звучит несколько наивно, именно благодаря маппетсам мы стали лучше понимать русскую духовность и русскую культуру, касалось ли дело оформления съемочной площадки или нравственных ценностей, которые внушались детям через наши шоу. Для нас это был красивый способ постижения другого общества, другого миропорядка.

Разгар рабочего дня.
Разгар рабочего дня.

О.С.: В одной из советских газет утверждалось, что «Улица Сезам» - последний пример культурного империализма США». Мы сегодня слышим эхо той давней риторики, настойчивые призывы снова установить «железный занавес». Вам не кажется, что история повторяется?

Н.Р.: Любопытно, что подобная критика нашего шоу звучала на стадии его производства. Когда же шоу вышло в российский эфир, критика практически прекратилась. Все убедились, что это очень русское шоу. Так, главный персонаж, Зелибоба, был основан на образе домового из русских сказок. И надо заметить, эти характеры кукол были намеренно абстрактны, особенно в сравнении с очень конкретными характерами американских маппетс. Месту действия наших шоу мы придали чисто русский колорит, в котором угадывались дореволюционные мотивы, эстетика недавнего советского прошлого и некая социальная утопия, что-то из будущего. Соседи живут в мире и согласии. Отец семейства бесплатно ремонтирует велосипеды соседям. Как грустно пошутил один мой русский коллега, в реальности соседи писали друг на друга доносы в КГБ. Шоу было феноменально успешным во всех 11 часовых поясах России. Все изменилось в 2010-х годах, когда режим Путина стал добивать остатки оппозиции и без того обескровленную независимую прессу, когда на наше шоу, американское по своему происхождению, стали смотреть с подозрением.

О.С.: Вы можете представить ваше шоу в сегодняшней реальности России?

Н.Р.: Нет, наверное, это было бы совсем другое шоу. Мы внушали детям идеи толерантности, свободы слова, прививали им вкус к самостоятельному творчеству, смелому эксперименту. Насколько я понимаю, все это прямо противоположно тому, чему учат детей в сегодняшней России. Это трагично, в особенности если представить себе, через какие страшные испытания проходят сегодня дети в Украине.

О.С.: Вы пишете, что в последний раз побывали в России в январе 2020 года. Ваши впечатления?

Н.Р.: Да, я успела съездить в Москву непосредственно перед началом пандемии ковида. Атмосфера чем-то напомнила мне 1980-е годы, канун гласности. В гостинице, где я остановилась, я останавливалась и в предыдущие приезды. Я спросила двух сотрудниц на стойке регистрации, знают ли они «Улицу Сезам». Они заулыбались, одна запела популярную песенку из шоу. И я почувствовала себя очень старой (смеется). Они отнеслись ко мне как к знаменитости.

Я встретилась со многими своими друзьями и коллегами. Впечатление довольно угнетающее. На телевидении введены строгие цензурные ограничения, так что многие темы для возможных шоу нельзя затрагивать. Люди в тревоге за будущее своих детей. Но многие не могут или не хотят уезжать из страны. Антироссийские санкции уже ощущались, и это тоже добавляло грустных эмоций. В общем, люди оказались между молотом и наковальней.

О.С.: В книге вы отмечаете, что русские и американцы имеют много общего. Вы по-прежнему так считаете?

Андрей Кузичев в роли Кубика.
Андрей Кузичев в роли Кубика.

Н.Р.: Да, я так считаю. Конечно, наши культуры отличаются. Но я проработала в России больше десяти лет и всегда находила общий язык с моими коллегами. У меня по-прежнему осталось много близких друзей в Москве.

О.С.: В книге вы подробно пишете о криминализации общественной жизни в России, об убийствах оппонентов режима, о разгуле коррупции. Реалистично ли, по-вашему, ждать улучшения ситуации сегодня?

Н.Р.: Многие в России не поддерживают режим Путина. Но рассчитывать на то, что они выйдут на уличные акции протеста, не приходится. Ведь им грозит за это до 15 лет тюрьмы. Кто будет кормить их детей, поддерживать их семьи? Многие американцы не понимают опасности этой ситуации. Я очень надеюсь, что свобода восторжествует, рано или поздно. Войны всегда заканчиваются. Что будет потом, не знаю. У меня нет хрустального шара, и я не могу сказать, когда все это кончится. Правда, в одном из своих фильмов я предсказала путч, после которого развалился Советский Союз. Но я снимала фильм в России, находясь там два года. Сейчас мне не хватает информации, чтобы делать прогнозы.

О.С.: Когда я читал вашу книгу, меня поразило, что вы помните мельчайшие детали давно ушедших дней. Кто во что одет, что вы заказывали в ресторане, что сказал ваш собеседник, и так далее.

Н.Р.: Это не заслуга моей памяти. Я вела дневник, каждый день записывала, что произошло, с кем я встречалась, что мы говорили и делали. Кроме того, я сохранила все записи и документы, а также видеозаписи обсуждений нашей работы над шоу вместе с российскими коллегами. Все было оцифровано и сохранено, включая фотографии. Для документальной книги о событиях тридцатилетней давности это большая редкость. Но мой муж Кен не был счастлив. При каждом нашем переезде нам приходилось перетаскивать много коробок.

О.С.: Вы знаете, какая фотография в книге мне понравилась больше других? Та, где вы сидите в комнате, держа одной рукой телефон, по которому в тот момент говорите, при этом на столе открытый лэптоп, а другой рукой держа на коленях вашего малыша. Очень символичный снимок, дающий представление читателю об интенсивности вашей работы в России.

Н.Р.: (Смеется). Очень мило с вашей стороны. Да, это было безумное время. Рождение ребенка мгновенно меняет твое ощущение времени.

О.С.: Книга вышла несколько недель назад. Ваши ожидания?

Н.Р.: Уже сейчас могу сказать – книге сопутствует успех. Она стала бестселлером, хорошо расходится на Amazon, кроме того, вышло более пятидесяти рецензий. Резонанс большой, что просто удивительно. Люди говорят мне, что читали книгу как триллер, что не могли оторваться и тому подобное. Это первая моя книга, и я, честно говоря, ничего такого не ожидала. Что для меня особенно важно – люди читают книгу для более глубокого знакомства с русской культурой, очевидно не являясь сторонниками распространенного сегодня тренда «отмены русской культуры». Мне кажется, здесь очень важны нюансы, нужно разбираться и отличать порядочных, честных людей от тех, кто сегодня правит Россией. Мой опыт работы над «Улицей Сезам» дал мне это понимание, и я делюсь своим опытом в книге.

Форум

XS
SM
MD
LG