Линки доступности

Пресс-секретарь Тихановской: «Сейчас в Беларуси действует оккупационная администрация»


Анна Красулина

Анна Красулина рассказала «Голосу Америки» об активности белорусских политэмигрантов и эффективности экономических санкций против режима Лукашенко

Анна Красулина родилась в России. В начале нулевых годов после филологического факультета Московского госуниверситета она окончила аспирантуру факультета государственного управления МГУ. Но защитить диссертацию по теме «Микрополитика в деловой организации на примере правительства Российской Федерации» ей не удалось. По словам Красулиной, уже в 2001 году она пришла к выводу, что «коррупция является системообразующим фактором российского государственного управления».

После этого Анна уехала в Минск к своему мужу. В 2019 году получила гражданство Республики Беларусь. «Это - абсолютно моя страна, мои дети и мой муж - белорусы, они говорят по-белорусски, как и я, несмотря на то, что не брала ни одного урока этого языка. Но его нетрудно выучить, если очень хотеть», - отметила она в беседе с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки».

В 2018 году власти Беларуси попытались выслать Анну Красулину из страны, объяснив это тем, что она является активисткой оппозиционной Объединенной гражданской партии, где также была пресс-секретарём.

Однако, ОПГ обратилось к правозащитным организациям, как в самой Беларуси, так и за рубежом с просьбой заступиться за Красулину. Благодаря этой поддержке Анне удалось выиграть апелляционный суд и остаться в стране.

«Правда, потом мне всё-таки пришлось уехать из Беларуси, но за это время удалось много сделать», - добавила она.

В настоящее время Анна Красулина живёт в Вильнюсе, поэтому корреспондент Русской службы «Голоса Америки», прежде всего, поинтересовалась у неё, насколько в настоящее время активна белорусская диаспора в Литве?

Анна Красулина: Есть белорусы, которые живут здесь достаточно давно и уже успели натурализоваться, но основная масса людей - это выехавшие за последний год, или те, кто уехал после событий 2010 года (акции протеста, против официальных результатов президентских выборов - А.П.) и остались здесь. То есть, тоже уехали по политическим мотивам.

Почему эти люди выбрали Литву? Потому что Вильнюс находится ближе к Минску, чем любой из областных центров Беларуси. Здесь можно не только дожидаться нашей победы, чтобы вернуться, но и попытаться приблизить её за счёт работы с находящимися здесь европейскими политиками. Они серьёзно включены в нашу повестку за счёт общих исторических и культурных корней. Поэтому нам в Литве достаточно легко, мы нашли здесь много очень болеющих за Беларусь союзников, которые помогают нам доносить нашу повестку в европейские организации.

А. П.: Каким образом и насколько плодотворно поддерживается связь с белорусскими диаспорами в других европейских странах, включая Латвию, Польшу, Чехию, Германию?

А. К.: Связь поддерживается не только с европейскими, а со всеми диаспорами мира, включая Бразилию, Японию, США, Канаду - где очень активные диаспоры, и так далее. Так что связи поддерживаются очень активно. Вот, буквально на прошлых выходных прошла большая конференция диаспор со всего мира. Есть чат, через который каждую неделю идут созвоны, налажена координация между различными диаспорами, и мы постоянно работаем над улучшением связей и коммуникаций для того, чтобы быть «на одной волне" и очень чётко идти к одной-единственной цели - к демократической Беларуси путём проведения честных президентских выборов. А для этого, естественно, нынешний режим должен уйти, а народ должен определиться на первое время, как мы будем отстраивать страну.

А. П.: Насколько эффективны, по вашему мнению, санкции ЕС и США против режима Лукашенко?

А. К.: Санкций в разные годы вводилось довольно много, например, после событий 2010 года были санкции.

Вообще, санкции - это попытка цивилизованных стран поставить режимы, системно нарушающие права человека, в определённые рамки. То есть, это - ответ на незаконные и античеловеческие действия авторитарного режима. Санкции - не ответ на наши просьбы, а решение самих стран.

И они действенны. Их задача - ограничить поступление ресурсов в карман Лукашенко, из которого он оплачивает наёмников. Сейчас в Беларуси действует оккупационная администрация, власть захвачена одним человеком, который проиграл выборы, но не хочет уйти. И он удерживает свою власть только с помощью насилия, которое осуществляется благодаря тому, что он из своего кармана платит наёмникам достаточно большие деньги, вооружает их и экипирует.

Этой оккупационной администрации не важны национальные интересы, этим людям плевать на экономику страны, на чувства простых белорусов, самое главное из того, что они делают - сеют страх и террор, для того, чтобы этот человек продолжал удерживать власть.

А если денег и внешних поступлений на оплату наёмников нет, то достаточно скоро эти наёмники перекинутся на другой вид деятельности - начнут мародёрствовать, грабить других людей, и так далее. Именно так это обычно и происходит.

В обычных условиях, если это, скажем, оккупационная администрация Третьего рейха на территории Беларуси, это оплачивается из рейха. Конечно, при этом грабится местное население по принципу: «бабка, дай курки, яйки», но без поддержки извне такой режим долго не просуществует. У Лукашенко раньше такая поддержка была - он загонял за рубеж калийные удобрения и получал в свой карман деньги на оплату наёмников. Сейчас с этим хуже как раз за счёт санкций. Правда, сейчас распродаётся лес направо и налево, и в стране идут страшные вырубки. То есть режим ведёт себя, как типичная оккупационная администрация - распродажа лесов, недр, всех богатств страны для того, чтобы кому-то набить карманы и удрать, а кому-то получить деньги на удержание власти.

Поэтому санкции - ровно то, что обеспечит уход этого режима. И они достаточно эффективны, об этом мы можем судить по ситуации в Солигорске, где находится «Беларуськалий». Там серьёзные подвижки: продавать продукцию некуда, и, насколько я знаю, стоит вопрос о приостановке выплаты зарплат. Народ в очень большом напряжении, город находится в предкризисном состоянии, а для них это очень болезненно, потому что Солигорск - один из самых богатых городов Беларуси за счёт доходов от шахт.

И мы видим, что с экономической точки зрения дела уже идут плохо. Во-вторых, мы видим, как Лукашенко и его окружение истерично кричат в своих пропагандистских СМИ, что санкции им не страшны, и это настолько хорошо для страны, что они готовы посадить всех, кто призывает к этим санкциям. И то, что сейчас призыв к санкциям в Беларуси приравняли к экстремизму, говорит о том, что мы чётко попадаем в цель.

Кроме того, санкции введены против так называемых «кошельков режима». У Лукашенко есть круг приближённых лиц, на которых записан тот или иной бизнес, и через счета которых он получает деньги. И поскольку сейчас с четвёртой-пятой попытки удалось практически всех их туда (в санкционные списки) разместить, то они, условно говоря, поддерживают режим, но вовсе не ради самого Лукашенко. Там нет ни идеологии, ни любви, а только интерес набить собственные карманы.

И когда эти люди подпадают под такие санкции, конечно, Лукашенко переписывает бизнес на других, но они говорят: «Так, минуточку, я что-то не понял...» И на этой почве происходят внутренние столкновения.

И это прекрасно, потому что и с их стороны «дружба с режимом» построена на схемах получения денег, и с его (Лукашенко) стороны - то же самое. И когда они сядут друг напротив друга и поговорят, то выяснится, что люди, вынужденные оставить бизнес, обладают информацией, опасной для режима.

На этой почве начинают разворачиваться внутренние процессы, которые в любом случает приведут к полному фиаско и окончательному развалу. Причём, возможно, с трагичными последствиями для всех участников так называемого «верхнего слоя». Поэтому я думаю, что они каждый день вновь переоценивают эту ситуацию, взвешивают её на воображаемых весах. А процесс-то однонаправленный - в их карманах денег всё меньше, а проблем у них всё больше - и с деньгами, и тем, что они лучше нас с вами представляют всю степень оторванности этого человека от реальности.

И уверена, что при постоянном перекачиванием на чаши весов нарастающих проблем и экономических интересов, в какой-то момент чаша проблем перевесит. И если бы у Лукашенко были серьёзные аналитики, которым он верит, то они бы ему уже советовали сворачиваться, потому что невозможно предсказать, насколько неприятным образом это для него закончится - это может быть не справедливый и мирный суд белорусского народа и не Гаага, а вариант Чаушеску, или даже Каддафи. И вот тут даже мы можем не успеть его спасти для честного суда. Конечно, я бы хотела видеть его на скамье подсудимых, чтобы это был аналог Нюрнбергского процесса, и чтобы он сам вспоминал все свои действия. Потому что всё, что он совершил с конца 90-х годов, когда были зафиксированы внезапные смерти одних оппозиционных политиков, а другие просто исчезали - должно быть оглашено перед честным судом, и люди должны это увидеть.

А. П.: Что белорусская оппозиция в зарубежье может противопоставить усилению репрессий в самой Беларуси?

А. К.: Чем больше ускоряются события, и чем выше эскалация насилия, тем быстрее наступит конец. И, конечно, очень не хочется попасть в замес событий на этом этапе, и я бы сказала, что наша задача - донести до окружения Лукашенко, до его «кошельков», до всех, кто по разным причинам сейчас поддерживает режим, что Лукашенко - уходящая натура, он - прошлое, и что наступает будущее.

И в этой ситуации, чем меньше жертв - тем меньше ответственность. Конечно, за всё, что совершено, ответственность нести придётся, но одно дело - перед цивилизованным европейским судом, и совершенно другое - неконтролируемая война с насилием, убийствами и всем, что может произойти, не дай бог!

Нужно донести мысль, что ставить сейчас на Лукашенко - очень глупо, и я думаю, что эти «кошельки» просто рассчитывают на то, что им удастся уйти от ответственности. И вот тут все диаспоры должны чётко сказать: «Ребята, мы контролируем не только Беларусь, и диаспоры существуют не только в европейских странах, но и в Турции, и в России, и в Арабских эмиратах, и вообще везде. И мы делом своей жизни поставим вопрос об ответственности тех, кто доведёт до развязывания войны в стране. И мы не дадим им уйти от ответственности. Как нацистские преступники не могли себя спокойно чувствовать через 50 лет в Аргентине, так и тут. Поэтому, пока есть возможность, сообщайте о готовности остановить насилие, есть анонимные каналы, есть план "Перамога", есть BYPOL, на который можно анонимно выйти и сообщить об этом, подумать, каким образом выйти из-под непосредственного удара и вывести из-под него своих родных, потому что если гражданская война развяжется, то она зацепит всех - и детей, и тех, кто вообще ни в чём не виноват. Поэтому нужно остановиться».

Мы много раз об этом говорили, но не устаём повторять, что чем больше окружение Лукашенко и силовики возьмут на свои плечи ответственности на насилие, тем меньше шансов спасти невиновных. А диаспоры - это олицетворение того, что сейчас весь мир един, есть глобальные информационные ресурсы, глобальные системы слежения, и уйти от ответственности не удастся никому. А если кто-то рассчитывает скрыться на каком-нибудь далёком маленьком острове, изменив свою внешность и окружив охраной, то ведь это - та же тюрьма! И стоит ли себя обрекать на прозябание в такой тюрьме, когда вас проклянут даже собственные дети.

И я считаю, что гораздо позитивнее сдаться, отсидеть положенный по суду срок, и, выйдя из тюрьмы, увидеть, как растут твои дети и внуки. А не прятаться где-то с чемоданом денег. Потому что, повторю: глобальность мира гарантирует неотвратимость наказания за то, что вы совершили. И каждый за своё ответит, но сейчас речь идёт и о будущем следующих поколений.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG