Линки доступности

Астронавт Скотт Келли: О какой «гонке» можно говорить, если у соперника шнурки связаны международными санкциями?


Скотт Келли на борту МКС. 12 июля 2015-го года.

Ветеран НАСА - об атмосфере на борту МКС, санкциях, войне в Украине и вероятности начала новой «космической гонки»

30 марта астронавт НАСА Марк Ванде Хай должен возвратиться на Землю после почти года работы на МКС. На днях он побил рекорд по самому длительному пребыванию американца в космосе. Однако не это событие привлекло всеобщее внимание, а странные намеки главы Роскосмоса о том, что Ванде Хая могут не пустить на борт «Союза», и он вынужден будет «зависнуть» на станции на неопределенный срок. Мы поговорили с участником четырех космических экспедиций и предыдущим обладателем рекорда продолжительности полета - Скотом Келли - и узнали его мнение о шутках Роскосмоса.

Алесь Кругляков: Господин Келли, к моменту возвращения на Землю Марк Ванде Хай побьет ваш рекорд пребывания в космосе на 15 дней. Что вы можете сказать по этому поводу?

Скотт Келли: Я думаю, это здорово! Если люди бьют рекорды, значит, мы движемся вперед. По понятным причинам, я большой энтузиаст космической программы, и хотел бы видеть прогресс в этой области. Я хорошо знаю Марка, он прекрасный человек и проделал отличную работу на МКС. Надеюсь, он перенесет возвращение легче, чем я.

А.К.: Из-за событий на земле Марк оказался в весьма сложной ситуации. Политическая атмосфера сейчас разительно отличается от той, в которой он стартовал. Глава Роскосмоса Дмитрий Рогозин даже опубликовал в соцсетях видеоклип, намекающий, что в ответ на санкции российские космонавты могут отчалить от МКС без Ванде Хая. Говорят, это была шутка.

С. К.: Это дрянная шутка. Они не поленились потратить время и смонтировать этот клип, намекая, что готовы бросить на орбите человека, за возвращение которого несут ответственность. Меня это настолько возмутило, что я решил высказать всё лично Рогозину в Твиттере. МКС всегда была тем местом, до которого не долетали геополитические дрязги. Даже в годы «холодной войны» у нас был проект «Союз-Аполлон», над которым совместно работали две не самые дружественные страны. Немыслимо, что сейчас пытаются разрушить эти связи, существовавшие многие годы.

А.К.: Вы принимали участие в нескольких миссиях на МКС совместно с российскими космонавтами. Понятно, что на этапе подготовки члены экипажей притираются друг к другу, чтобы бесконфликтно работать долгое время в закрытом пространстве. Сохранились ли у вас с кем-то дружеские отношения?

С. К.: Безусловно. Российские космонавты, с которыми я летал, до сих пор среди моих лучших друзей. Вообще, русские люди, если удается узнать их поближе, достучаться, так сказать, сквозь опущенное стекло гермошлема, способны на более крепкие и глубокие взаимоотношения, чем жители других стран. Дружба для них очень важна, и мой опыт это подтверждает.

А.К.: Как вы можете описать обычный день на МКС? Вы регулярно встречаетесь, проводите эксперименты, вместе завтракаете и обедаете, или все сидят по своим национальным сегментам?

С.К.: Международная космическая станция – это, по сути, два основных сегмента. Американский - в который входят модули США, Японии, Европы, канадское оборудование - и российский. Когда я был участником долгосрочной экспедиции, кто-то из космонавтов мог ночевать в американском сегменте, мы делились спальными местами. Сейчас у россиян побольше места, да и народу там сейчас больше, чем в мое время – сегодня на станции находятся 7 человек. Космонавты заходят позаниматься на наших тренажерах, ребята заглядывают друг к другу, если есть какие-то вопросы. Встречались ли мы за обедом? Это зависело от экипажа. В моем случае все были настолько заняты, что приходилось перекусывать каждому на своем месте. Но мы собирались вместе примерно раз в неделю на большой общий ужин, и для меня это были самые радостные моменты в космосе.

А.К.: В 1984 году вышел фильм «Космическая одиссея 2010», в котором советско-американский экипаж, направлявшийся к Юпитеру, застал начало конфликта на Земле. Космонавтам и астронавтам под страхом ареста было запрещено переходить в сектор друг друга. Возможно ли нечто такое на МКС?

С.К.: Любопытно, что 2010 году я как раз был на МКС с российскими космонавтами. Не думаю, что дойдет до такой ситуации. Хотя, все может измениться к худшему, посмотрите, на что пошла Россия в этой войне с Украиной. Я даже представить не мог, что они перейдут все границы в плане поведения на международной арене. Так что все возможно, но пока это никак не повлияло на атмосферу на борту станции.

А.К.: В последнее время вы много пишете в Твиттере в поддержку Украины. У вас какие-то личные связи с этой страной?

С.К.: У меня много украинских друзей, сестра моей жены замужем за этническим украинцем, который приехал в США в 10-летнем возрасте. Мои племянники – американские украинцы, хотя они ни разу не были в Украине. У меня также много русских друзей, судьба которых мне небезразлична. И хотя наибольшие страдания выпали сейчас на долю украинцев, русским тоже приходится несладко из-за всего этого – санкций и так далее. Кто знает, что может произойти в стране, управляемой таким человеком, как Путин, чье поведение никто не контролирует. Среди моих подписчиков в Твиттере много россиян, моя книга была переведена на русский и пользовалась там успехом, так что я обязан использовать свою известность, чтобы донести до русских людей правду, которой они лишены усилиями государственной пропаганды.

А.К.: Война в Украине и последовавшие за ней санкции уже отразились на международных космических программах. Россия прекратила поставки ракетных двигателей в США и пригрозила остановить корректировку орбиты МКС, которая, как было заявлено, в результате может упасть на Америку. Насколько серьезно стоит воспринимать такие угрозы?

С.К.: Прекращение поставок российских двигателей особо не отразится на наших программах. У нас есть, чем их заменить. Россия отказалась запускать спутники компании OneWeb, но та, в итоге, договорилась о запусках со SpaceX. Что интересно, эти компании являются прямыми конкурентами. Здесь Россия вредит только себе. Что касается перспектив падения МКС на США – в теории такое возможно, но трудноосуществимо.

А.К.: Заявленный срок работы Международной космической станции – до 2030 года. Глядя на нынешнюю обстановку, каковы шансы, что она продержится столько времени?

С.К.: Я хорошо знаком с руководством НАСА и знаю об их приверженности этому партнерству. Потому что это едва ли не последнее звено, которое связывает нас с Россией, в то время как иностранные компании массово покидают российский рынок. МКС - это место, где мы еще можем мирно работать вместе. Многие люди в руководстве Роскосмоса весьма умные и преданные своему делу, и они тоже выступают за продолжение работы станции. Если не случится чего-то катастрофического, я не думаю, что такое партнерство прекратится. Но, как показывают события последнего месяца, ничего нельзя исключать.

А.К.: Возможно ли, что уже завтра мы окажемся в мире, где космическое сотрудничество вновь станет космическим соперничеством и начнется новая «космическая гонка»?

С.К.: Роскосмос в значительной степени зависит от внешних инвестиций. Если ситуация с этой войной в ближайшее время не изменится, честно говоря, я сомневаюсь, что эта корпорация вообще сможет осуществить что-нибудь значимое. И это печально, потому что там работает много моих друзей, не хотелось бы, чтобы они остались без работы. О какой «гонке» можно говорить, если у соперника шнурки связаны международными санкциями?

  • 16x9 Image

    Алесь Кругляков

    Корреспондент русской службы «Голоса Америки» с 2015 года. Ведущий программы «Настоящее время. Америка». В 1990-х и 2000-х был автором и ведущим различных проектов на белорусском телевидении, включая информационно-публицистическую программу «Крок», Агентство телевизионных новостей и «Доброе утро, Беларусь!»

XS
SM
MD
LG