Линки доступности

Белорусская журналистика на переднем крае борьбы 


На митинге протеста "Марш народовластия" в Минске 8 ноября 2020.

Собеседники «Голоса Америки» оценивают работу сотрудников независимых белорусских СМИ за три месяца после выборов 

По данным белорусских правозащитников, количество задержанных во время проходившего в минувшее воскресенье, 8 ноября Марша народовластия превысило тысячу человек. Помимо столицы страны Минска людей задерживали в Витебске, Гомеле, Гродно, Могилеве, Березе, Бобруйске, Жлобине, Ляховичах, Пинске, Полоцке. В ряде случаев задержания сопровождались избиениями манифестантов людьми в балаклавах.

Таких многочисленных задержаний в Беларуси не было с середины августа этого года. Напомним, что после объявления официальных предварительных данных по голосованию на президентских выборах 9 августа в стране было задержано около трех тысяч человек, на следующий день – более двух тысяч, а 11 августа – порядка тысячи участников акций протеста. А вот ровно через неделю после выборов, 16 августа, когда в Беларуси проходил Марш за свободу, задержаний не было. Правда, в последующие недели они возобновились.

Среди задержанных и подвергавшихся избиениям были и журналисты. Сотрудников зарубежных и белорусских независимых изданий штрафовали, арестовывали, лишали аккредитации. В последнее время им стали угрожать уголовными делами с многолетними сроками заключения.

«Сегодня основным источником информации и коммуникации стали телеграм-каналы»

«В первые дни протестов милиция особо не смотрела, журналист ты или нет. С коллегами обращались очень жестко, и многие из них попали в изолятор временного содержания, где прошли через те же мучения, что и гражданские активисты, участники акция протеста», – свидетельствует председатель Белорусской ассоциации журналистов (БАЖ) Андрей Бастунец.

В разговоре с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки» он напомнил, что был короткий период, когда сотрудники различных СМИ заметили некоторое послабление: «Их по-прежнему задерживали, но можно было позвонить пресс-службу МВД или горисполкома и надеяться, что удастся вытянуть коллег из милиции. И такие случаи были».

Андрей Бастунец связывает это с заявлениями бывшего министра внутренних дел РБ Юрия Караева, сказавшего подчиненным, что журналистов задерживать не надо, поскольку они выполняют свои обязанности, как и милиционеры. «Впоследствии Караева сняли с должности, правда, не за эти слова», – уточняет председатель БАЖ.

И продолжает: «С конца августа ситуация вновь ужесточилась, и журналистов вновь стали хватать. Было несколько случаев, когда они собирались группами, у них на одежде были специальные бейджи, в руках – профессиональная аппаратура, и они стояли в стороне от протестующих, которые, кстати, только начинали собираться на шествие. Но к ним подъезжали милицейские автобусы, журналистов них грузили, отвозили, якобы, для проверки документов, а из отделений милиции отправляли в изоляторы. И в последнее время такое случается на каждой акции»ю.

Всего же, по словам Андрея Бастунца, за три месяца протестов задержаниям подвергалось около 60 журналистов, из которых порядка 10 человек находятся под стражей в настоящее время.

Говоря об особенностях работы журналистов в последние три месяца, собеседник «Голоса Америки» отмечает: «Сразу после выборов в Беларуси на три дня был отключен интернет. И сейчас мобильный интернет тоже отключают во время всех массовых акций. Также были отключены некоторые информационные сайты, освещающие политическую и социальную жизнь в стране. Но некоторые сайты работают до сих пор, так в доступе остается самый популярный ресурс – TUT.BY. Другое дело, что министерство информации подало иск о лишении его статуса СМИ, и этот статус уже приостановлен до рассмотрения дела судом, но это не является блокировкой ресурса – ребята продолжают работать, только они потеряли статус журналистов.

Кстати, за это время многие белорусы освоили различные способы обхода блокировок. А на первое место по посещаемости, наверно, вышли телеграм-каналы, которые сегодня стали основным источником информации и коммуникации среди белорусского населения, и в первую очередь – среди гражданских активистов», – подчеркивает председатель БАЖ.

«Власти развязали войну против негосударственной прессы»

Руководитель аналитических проектов информационной компании «БелаПАН» Александр Класковский рассказал, что сразу после выборов, когда власти отключили в Беларуси Интернет, сотрудники «БелаПАН» стали передавать короткие сообщения в виде sms с мобильных телефонов. «Вообще же ситуация была шокирующая – творились страшные вещи, я имею в виду зверства силовиков, когда схваченных на улицах людей в милицейских застенках превращали в отбивные. Многие ошеломляющие подробности мы узнали уже потом», – отметил он в беседе с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки».

Вместе с тем, по словам Класковского, вопреки страху и техническим трудностям работа независимой прессы не была парализована даже в самые тяжелые дни. «Журналисты донесли правду о первых ужасных днях после выборов до своих читателей и до мирового сообщества. И таким образом, я считаю, выполнили свою историческую задачу. В наши застойные времена велись схоластические споры: есть ли, вообще, в Беларуси независимая журналистика? Все выглядит блекло, невзрачно, и так далее. Но когда, выражаясь несколько патетично, пришел час испытаний, то в этих форс-мажорных условиях мои коллеги показали себя настоящими героями. Я просто горжусь тем, что они оказались на высоте, и сегодня уже не возникает вопроса: есть ли в Беларуси независимая журналистика?», – считает белорусский эксперт в области СМИ.

Подводя итоги работы независимых белорусских журналистов за последние три месяца, Александр Класковский отмечает, что им приходится трудиться, фактически «во фронтовых условиях». «Можно сказать, что власти развязали войну против той части общества, которое требует перемен и против негосударственной прессы. Для них журналисты – враги, потому что цель властей – подавить гражданское сопротивление, а поскольку журналисты честно делают свою работу, освещают все, что происходит, все грани нынешнего глубокого политического кризиса в Беларуси, то и они, что называется, “попадают под раздачу”. В частности, силовики страшно боятся, что их “фейсы” засветятся в прессе, потому что в подкорке у них сидит мысль, что власть может поменяться, и на суде всплывут все их деяния», – считает он.

Среди подвергшихся репрессиям журналистов руководитель аналитических проектов «БелаПАН» упомянул фотокорреспондента “TUT.BY” Вадима Замировского, журналистку портала “Onliner” Дарью Спевак, своего коллегу Павла Добровольского, корреспондента «Зеленого портала» Анастасию Захаревич. «Также можно отметить, что лишены аккредитаций почти все коллеги, которые работают на иностранные СМИ. Белорусский МИД одним махом отменил эти аккредитации, мотивируя это изменением правил. А новые аккредитации дают очень дозированно, и, насколько я могу судить, в первую очередь – корреспондентам российских СМИ. К ним сейчас стали относится более лояльно, очевидно, учитывая политическую конъюнктуру и то, что Владимир Путин поддержал Александра Лукашенко», – заметил Александр Класковский. И завершил свой комментарий так: «Власть выталкивает журналистов в нелегальное поле, и сейчас лучше пойти на акцию просто в колонне манифестантов, чем выходить с бейджем и в жилетке с надписью “Пресса”. Так меньше риска, что тебя заметут в каталажку».

«Я всегда знала, что среди моих коллег много отважных людей»

Подобной тактики поведения уже давно придерживается собственный корреспондент «Новой газеты» в Беларуси Ирина Халип. Нынешнюю ситуацию она характеризует так: «Журналисты начали работать в условиях, которые они сами для себя отказывались признавать все эти годы. Я никогда не понимала смысла охоты за аккредитацией и в искренней убежденности в том, что эта бумажка тебе в чем-то поможет. На самом деле эти бумажки никого еще не спасли ни от арестов, ни от избиений, ни от штрафов. Я сама работаю 17 лет без аккредитации и ни разу мне это не помешало», – призналась она в разговоре с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки».

Саму процедуру запроса на аккредитацию в нынешней Беларуси они сравнивает с хождением в гестапо времен II Мировой войны за разрешением на печатание антинацистских листовок. «Сейчас журналисты, по крайней мере, понимают, что при этой сумасшедшей диктатуре не гарантирует им безопасности то, что можно нацепить на себя жилетку и даже каску с надписью “Пресса”, обзавестись десятком аккредитаций от различных государственных изданий – все равно это не поможет. Могут арестовать, избить и даже убить. Да, за последние три месяца их не убивали, но за 26 лет диктатуры случаи убийства журналистов были, хотя с документами у них все было в порядке», –напоминает собкор «Новой газеты».

Подобно Александру Класковскому, она считает, что в сегодняшней Беларуси журналистам приходится работать «в ситуации войны», когда ничто не гарантирует их безопасности. «Я очень рада, что мои коллеги наконец-то это поняли и начали героически работать в окопных условиях», – подчеркивает Ирина Халип.

Еще в августе ряд сотрудников белорусских государственных телеканалов объявили забастовку, и вскоре их заменили срочно командированными в Беларусь сотрудниками “RT”. Характеризуя эту ситуацию, собеседница «Голоса Америки» сказала: «Белорусские телеканалы – это пропаганда, не имеющая никакого отношения к журналистике, и здесь нечего обсуждать. Замени одного (человека) другим – ничего не изменится. И в данном случае паспорт и гражданство пропагандиста не имеют никакого значения».

На вопрос корреспондента Русской службы «Голоса Америки», приходилось ли ей в последние месяцы разочаровываться в некоторых своих коллегах, или, наоборот, были случаи открытия человека с хорошей стороны, Ирина Халип ответила: «Я всегда знала, что среди моих знакомых журналистов много отважных, бесстрашных и героических людей. И сейчас они все это демонстрируют каждый день, когда лезут в пекло, выходят на марши, становятся в сцепки вместе с демонстрантами. Это прекрасно, и так и должно быть.

Что же касается разочарований, то в первые дни, когда начали увольняться пропагандисты с телеканалов, я очень надеялась, что это станет необратимым процессом, когда один начинает, то к нему проще присоединиться. Но этого не произошло. Все-таки, пропагандисты – это совершенно другая профессия, наверно, у них голова на винтах и зеленая кровь, и мне совершенно их не понять», – образно выразилась она.

А в ответе на вопрос, что сейчас является основным источником информации для белорусов, Ирина солидаризировалась с Андреем Бастунцом: «Несомненно – телеграм-каналы и независимые сайты. И даже социальные сети во многом взяли на себя функцию массового информирования. Там можно найти героев своих публикаций, можно уточнить, что происходило с тем или иным человеком после ареста, туда освободившиеся после Окрестина (улица в Минске, где находится следственный изолятор – А.П.) выкладывают свои истории и впечатления.

Так что я считаю, что сейчас белорусы живут в условиях непрерывного информационного потока с разных сторон, и это замечательно. Если бы в 2006 или в 2010 году существовали социальные сети, то, может быть, мы бы смогли победить еще тогда. Потому что в те времена многие оппозиционно настроенные граждане просто не знали, куда идти, когда идти и зачем», – подытоживает Ирина Халип.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG