Линки доступности

Москва допускает разрыв отношений с ЕС: блеф или реальность?


Жозеп Боррель и Сергей Лавров
Жозеп Боррель и Сергей Лавров

Эксперты о том, что стоит за заявлениями Лаврова и Пескова о готовности России к эскалации конфликта с Евросоюзом в случае новых санкций

В Москве допустили возможность разрыва отношений с Евросоюзом. Вначале об этом сказал министр иностранных дел РФ Сергей Лавров. По его словам, такой сценарий вполне возможен в случае жестких санкций ЕС, создающих риски для российской экономики «в самых чувствительных сферах».

«Мы не хотим изолироваться от мировой жизни, но надо быть готовым к этому, – уточнил он. – Хочешь мира – готовься к войне».

Ранее введение новых санкций со стороны ЕС в отношении России из-за ситуации с Алексеем Навальным анонсировал глава внешнеполитического ведомства Евросоюза Жозеп Боррель. Очередной пакет мер может быть оглашен уже на ближайшем саммите министров иностранных дел стран-членов ЕС.

Заявление Лаврова в пятницу несколько скорректировал пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. По его мнению, некоторые СМИ вырвали слова глава российского МИД из контекста, что якобы исказило смысл сказанного.

Пресс-секретарь пояснил, что Россия не собирается сама инициировать разрыв отношений с Евросоюзом. Но далее он, по сути, подтвердил то, о чем говорил министр иностранных дел: «…если Евросоюз пойдет по этому пути (введения действительно жестких санкций – В.В.), то тогда да, мы будем готовы, потому что надо быть готовыми к худшему».

По оценке независимых наблюдателей, к заявлениям о вероятности разрыва отношений с Европой Москва перманентно прибегает в трудные для себя дни. Андрей Нечаев: «Российское руководство, видимо, все-таки ставит крест на развитии отношений с Западом»

Политик, экс-министр экономики России Андрей Нечаев думает, что заявление Сергея Лаврова – политический блеф. Кроме того, как ему кажется, никаких действенных санкций экономических против Евросоюза Россия применить не может.

«Запрет на импорт продуктов питания (Москвою) был введен уже давно, и большинство экспертов сходятся на том, что от этого больше пострадало российское население, чем экономика ЕС, – напомнил он в интервью Русской службе «Голоса Америки». – Поэтому полагаю, речь тут может идти только о гуманитарных и политических контактах. При крайнем варианте это, допустим, разрыв тех соглашений, которые по разным направлениям были заключены со странами ЕС. Но это никому не пойдет на пользу».

Во внешней торговле всегда есть покупатели и продавцы, и они абсолютно зависят друг от друга, заметил Андрей Нечаев: «Поэтому, если Россия, например, прекратит поставлять в Европу газ, это создаст, в первую очередь для Германии и ряда других стран, действительно очень серьезные проблемы. Но параллельно нужно будет объявить “Газпром” банкротом и подготовиться к огромным потерям в российском бюджете».

Это опасные политические игры, если действительно идти не на символические санкции, а на разрыв сложившихся отношений, констатировал экс-министр экономики России. Вместе с тем, как ему представляется, сейчас никто не готов на это пойти». «Хотя общий тренд, конечно, показывает, что российское руководство, видимо, все-таки ставит крест на развитии отношений с Западом, – уточнил он. – Очевидно, будут попытки переориентации на Китай, но это дело опасное. Потому что стратегически есть риск потерять в итоге весь Дальний Восток, как минимум».

Понятно, что Европу как торгового партнера России никто заменить не может, резюмировал Андрей Нечаев.

Дмитрий Травин: «Это очередной раунд словесной битвы»

В свою очередь руководитель Центра исследований модернизации Европейского университета в Санкт-Петербурге Дмитрий Травин в комментарии Русской службе «Голоса Америки» сказал, что инициатива сегодня находится в руках стран Евросоюза, которые собираются применить санкции. Также политолог не думает, будто за словами Лаврова стоит что-то такое, что еще вчера не было никому неизвестно.

«Если санкции, предпринятые ЕС, окажутся особенно сильными, то фактически это будет означать разрыв отношений, – утверждает он. – В экономическом плане это означает разрыв, который могут инициировать страны Запада. Фантазируя, могу сказать, что, возможно, они, наконец, откажутся от покупки российского газа. Тогда реакции Москвы собственно и не потребуется. В итоге российская экономика падает».

А вот Кремль может разорвать отношения с Брюсселем только политически, подчеркнул Дмитрий Травин: «Какие конкретно акции они при этом предпримут, догадаться не сложно: закрытие консульств на территории России, высылка дипломатов, громкие заявления. Однако, мне кажется, что каких-то качественно новых санкций со стороны Запада ждать не стоит. Следовательно, большому счету ничего и не изменится».

Это скорее очередной раунд словесной битвы, заключил руководитель Центра исследований модернизации Европейского университета в Санкт-Петербурге.

XS
SM
MD
LG