Адвокат о Владимире Кара-Мурзе: «Его состояние здоровья просто не позволяет выжить в зоне больше полутора-двух лет»

Накануне российский апелляционный суд отверг ходатайство оппозиционного политика Владимира Кара-Мурзы и его защитников, оставив в силе приговор Московского городского суда – 25 лет колонии строгого режима.

Напомним, Кара-Мурза осуждён по обвинению в госизмене, «фейках» о российских Вооруженных силах и участии в деятельности «нежелательной организации». По сути, ему назначен максимально возможный срок. Политик полностью отрицает вину, назвав своё преследование политически мотивированным.

Русская служба «Голоса Америки» поговорила с одним из адвокатов Кара-Мурзы Вадимом Прохоровым, участвовавшим в процессе, но вынужденным покинуть страну из-за угрозы ареста.

Виктор Владимиров: Каково на сегодня состояние здоровья Владимира?

Вадим Прохоров: У него тяжелый диагноз – полинейропатия нижних конечностей. Это результат отравления Владимира в мае 2015 и феврале 2017 годов эфэсбэшниками. К слову, фамилии некоторых сотрудников, которые постоянно следили за ним и сопровождали его в поездках, совпадают с теми, кто “опекал” и Навального. Скорее всего, это тоже было отравлением “Новичком”, хотя наверняка мы этого утверждать не можем, но это явно было какое-то боевое отравляющее вещество. Как результат, развилась эта очень тяжелая болезнь. Её тяжело лечить даже на воле. Например, после первого отравления Владимир проходил реабилитацию более года. Он вначале ходил с тележкой, потом с тростью. Такую болезнь практически невозможно лечить в условиях следственного изолятора, и уж тем более в колонии строго режима, куда его предполагается этапировать после вступления приговора в силу, то есть, возможно, достаточно быстро.

В.В.: Разве подобную болезнь нельзя учесть для смягчения участи заключенного?

В.П.: Даже по российскому законодательству, а именно по Уголовно-процессуальному и особенно Уголовно-исполнительному кодексу и соответствующим постановлениям правительства, данное заболевание включено в список заболеваний, препятствующих отбыванию наказания в заключении. Но несмотря на все заявления, жалобы и запросы адвокатов, которые продолжают работать с Владимиром, к сожалению, этот вопрос так и не решен. Очевидно, что администрация следственного изолятора специально затягивает вопрос комплексного обследования нашего подзащитного для принятия соответствующего решения до того момента, когда Владимира отправят в зону, в колонию строгого режима, а дальше уже не их забота.

Разумеется, это главное, что на сегодня нас беспокоит. Потому что даже сами медики из тюремной системы и, видимо, вполне обосновано говорят, что с таким заболеванием в условиях содержания под стражей можно прожить не более полутора-двух лет. Какие уж тут 25 лет!.. Встает вопрос физического выживания человека. Сейчас мы, адвокаты, занимаемся этой проблемой в первую очередь. Ну и, конечно, крайне необходимо внимание российской и мировой общественности. Ведь дело вопиющее: совершенно невиновного человека мало того, что осудили на какой-то сталинский срок за публичные высказывания с критикой путинского режима, так к тому же его элементарно подводят к летальному исходу.

В.В.: А как же апелляционный суд умудрился не найти ни одного смягчающего обстоятельства при наличии такого заболевания?

В.П.: Напомню, 31 июля 1-й апелляционный суд общей юрисдикции рассмотрел ходатайство Владимира Кара-Мурзы и его адвокатов на людоедский приговор Московского городского суда от 17 апреля и оставил его полностью в силе. Позиция Владимира заключается в том, что он считает себя полностью невиновным, и никакие косметические изменения приговора ввиду смягчающих обстоятельств – например, наличия троих детей или состояния здоровья, никоим образом не могут изменить общую картину. Даже если бы апелляционный суд постановил, чтобы Кара-Мурзе скостили год-другой, это не имело бы абсолютно никакого значения.

Потому что, во-первых, и этот срок Владимир все равно отбыть не сможет физически. Как я его говорил, его состояние здоровья просто не позволяет выжить в зоне больше полутора-двух лет. Владимир должен быть оправдан и со временем реабилитирован. Но российские власти решили не идти даже на малейшее смягчение приговора. В своем агрессивно-циничном неприятии правовых норм они строго последовательны. Как они нарушают все возможные международные правовые нормы и нормы гуманитарного права в Украине, точно также вынесенным приговором Кара-Мурзе нарушены фундаментальные нормы уголовного права и конституция страны.

Видимо, не зря на днях Путин со своей традиционной циничной ухмылкой, отвечая на вопрос журналиста о судьбе политзаключенных, указал на то, что идет «вооруженный конфликт с соседней страной», привычно не называя Украину Украиной. Очевидно, логика высказывания такова: следовательно, никакого правосудия и соблюдения прав человека в нынешней ситуации не будет. Во всяком случае, я именно так воспринял комментарий Путина. И собственно, заседание апелляционной инстанции по Кара-Мурзе это полностью подтвердило.

В.В.: Но вы ведь исчерпали еще не все возможности в России. Продолжите биться?

В.П.: Безусловно, нами будет подана кассационная жалоба в Верховный Суд. По большому счету, это последняя возможность что-то изменить. Есть еще надзорная инстанция. Очевидно, мы и ею воспользуемся. Также поданы жалобы в ЕСПЧ и некоторые институты ООН - в частности, верховному комиссару организации. Будем использовать все возможные правовые механизмы, в том числе и внутри России. То, что мы не сильно удивлены мракобесным и неправовым постановление апелляционного суда по Владимиру, еще не значит, что нужно опускать руки. Разумеется, нет. В любом случае фактическое обжалование в установленном законом порядке необходимо. В том числе и для того, чтобы предъявить международным инстанциям, что мы прошли все возможные механизмы внутри путинской России.

В.В.: Связываете ли вы надежды с принципиальностью реакции в мире?

В.П.: Разумеется. Судьба политзаключенных в России, прежде всего Владимира Кара-Мурзы, учитывая его состояние, должна быть, как мне кажется, в центре внимания международной общественности. Также невозможно никакое мирное урегулирование «вооруженного конфликта», как его назвал господин Путин, без решения не только вопроса военнопленных, незаконно перемещенных российскими властями украинских детей и так далее (это само собой!), но и решения проблемы политзаключенных. Какая бы власть ни находилась в России на момент будущего мирного урегулирования, считаю, что мировому сообществу необходимо требовать также объявления как минимум всеобщей амнистии для политзаключенных, тем более тех, которые были осуждены за антивоенную позицию.

В.В.: Возможен ли вариант обмена Кара-Мурзы на кого-нибудь из необходимых Кремлю людей?

В.П.: Напомню, что жизнь целого ряда советских диссидентов – это тот период, который как историк любит изучать Владимир Кара-Мурза, была спасена как раз за счет международных обменов. Например, наш старший товарищ и, кстати, в прошлом тоже мой подзащитный-доверитель Владимир Буковский, к сожалению, ныне покойный, в своё время, в1976 году, был спасен из советских застенков именно путем международного обмена на лидера чилийских коммунистов Луиса Корвалана. Это полезный опыт, который можно использовать.