Линки доступности

Журналисты в Украине: линия фронта и линия правды


В Лондоне прошел вебинар «Свобода выражения в военное время»

Как работается журналистам, освещающим жестокую и кровопролитную войну в Украине?

Вебинар, участники которого попытались ответить на этот вопрос, был организован британской благотворительной организацией Media Defence со штаб-квартирой в Лондоне. В первую очередь, эксперты этой организации стремятся обеспечить работающим в горячих точках журналистам из разных стран юридическую помощь.

В рамках вебинара «Свобода выражения в военное время» (Freedom of Expression in a Time of War) его панелисты рассказали о специфике журналистской работы в Украине в условиях обстрелов, бомбардировок и боевых действий, о специфике документирования военных преступлений и об изменениях законов и правил, которые регулируют деятельность представителей масс медиа во время войны. Так, от лица украинского журналиста, которого российские военные похитили, избивали и подвергли задержанию, адвокаты Media Defence подали жалобу в Европейский суд по правам человека в Страсбурге.

«Освещение хода войны независимыми репортерами имеет важнейшее значение для того, чтобы общественность была осведомлена о нарушениях прав человека и о военных преступлениях, - сказал, предваряя дискуссию, модератор Падрейг Хьюз (Padraig Hughes), юридический директор Media Defence.

«Освещение войны – опасный бизнес, - отметил Хьюз. – Мы оказываем помощь журналистам, которые освещают самые острые конфликты на Земле, такие как Йемен и Нагорный Карабах. Но сегодня все глаза устремлены на Украину».

В анонсе дискуссии на сайте Media Defence сообщается, что в Украине при выполнении профессиональных обязанностей российскими войсками убиты по меньшей мере восемь журналистов. По данным Комитета по защите журналистов (CPJ), убитых не меньше пятнадцати. Большое число журналистов получили ранения, похищались и получали угрозы смертью. В марте российские войска нанесли ракетный удар по телерадиовышке в Киеве. В тот день был убит украинский оператор Евгений Сакун, нарушен прием 32 телеканалов и десятков радиостанций. Но несмотря на террор и запугивание, украинские и иностранные журналисты продолжают протоколировать военные преступления российских оккупантов.

«Media Defence продолжает вести судебные дела о насилии над журналистами, нападении на них и убийствах в судах различной юрисдикции, - отметил Хьюз. — Это единственный способ призвать к ответственности тех, кто совершал эти преступления, но уверовал в собственную неподсудность».

Цена ошибки

«Я должен в очередной раз повторить, что быть журналистом на этой войне крайне опасно, - сказал Данило Мокрик. – Причем эта опасность ощутима везде, не только на передовой. Журналистка «Радио Свобода» Вера Гирич погибла, находясь в своей квартире, после российского авиаудара по Киеву. Известный украинский фотограф и документалист Макс Левин, вероятно, был казнен российскими военными, когда они его задержали недалеко от передовой. К такому выводу пришла организация «Репортеры без границ» (RSF), изучив обстоятельств гибели Левина». Мы также знаем о нескольких случаях похищений журналистов».

Данило Мокрик (Danylo Mokryk) - украинский журналист, расследователь коррупции, участник журналистской команды Bihus.Info, политический публицист. С момента вторжения России в Украину в феврале этого года концентрирует внимание на документировании военных преступлений российской армии и акций геноцида против украинцев.

«Есть определенные правила поведения журналистов, обусловленные необходимостью выживания, - сказал Данило далее. – В интересах собственной безопасности желательно быстро перемещаться, сохраняя закрытой информацию, куда и когда ты переезжаешь. И, конечно, важно не нанести ущерб своей стране статьями и репортажами. Скажем, информация о результатах вражеских обстрелов должна быть лимитирована, чтобы не снабдить противника конкретикой, которая поможет ему скорректировать стрельбу. Каждый журналист должен постоянно анализировать, принесет ли его материал пользу или вред твоей стране. Речь, конечно, идет не о том, чтобы искажать факты и становиться пропагандистом».

По мнению Данилы, огромный поток информации, сопровождающий эту войну, чреват специфическими проблемами.

«Представьте, у вас есть десять проверенных свидетельств, и вы хотите присовокупить еще одно, одиннадцатое, - сказал он. - Оно не проверено, но очень убедительно по всем косвенным признакам. Вы его берете в свой материал, не проверив, и тем самым совершаете ошибку. Потому что если выяснится, что это искажение правды или полный фейк, враги Украины раздуют скандал и сделают все, чтобы вас дискредитировать. Война — это такое дело, когда все совершают ошибки, включая официальных лиц. Противник только и ждет, чтобы подхватить и усилить нашу самую мелкую ошибку и обвинить нас во всех грехах. Отдельный вызов – документирование геноцида украинского народа. Нужно не только доказать факты насилия и убийства мирных жителей, но и доказать, что эти злодеяния совершены российской стороной с четко выраженной целью уничтожения украинцев как нации. Проблема еще и в том, что какие бы убедительные, даже избыточные свидетельства ни предоставила украинская стороны, будь то видеосъемки или спутниковые фотографии, российская сторона всегда отмахнется: это все, дескать, фейки. А возьмите многочисленные факты изнасилования украинок российскими солдатами. Здесь в большинстве случаев нет никаких доказательств, кроме показаний жертв и их родных».

Новые законы

Прежде чем сфокусировать внимание на юридической стороне работы журналистов на войне, Максим Дворовый продолжил тему фейков и проверки информации, затронутую Данилой Мокриком.

«Скорость распространения информации на этой войне очень быстрая, - отметил он. – Соответственно, у нас очень мало времени для ее проверки. Люди не хотят ждать и идут на Телеграм-каналы и тик-ток, где практически мгновенно могут получить любую информацию, в том числе и фейковую».

Максим Дворовый (Maksym Dvorovyi) – живущий в Киеве эксперт по медийным законам, юридический консультант компании по дигитальной безопасности Digital Security Lab Ukraine и Комиссии по журналистской этике.

«Журналисты, как и люди других профессий, в первую очередь, граждане своей страны, - подчеркнул Максим. – Когда началась широкомасштабная война, Украиной были приняты новые законы, которые затронули широкий спектр прав граждан и ограничений, которые на них накладывает военное время. Нужно отдавать отчет, что свобода выражения, которой журналисты так дорожат, в условиях войны может принести выгоду не нам, а противнику».

Максим Дворовый перечислил новые законы, которые были приняты Украиной сразу после 24 февраля. Они включают несколько законов, которые предусматривают уголовную ответственность за диффамацию и оскорбление Вооруженных сил Украины, за отрицание аннексии Крыма и войны на Донбассе, за распространение российской пропаганды, за распространение информации о дислокации и передислокации подразделений украинской армии, и ряд других.

«Эти и другие законы предусматривают достаточно суровое наказание – от 5 до 15 лет тюремного заключения, - сказал он. – С точки зрения европейских юридических норм и прав человека эти законы достаточно спорны, а наказания по ним могут показаться излишне суровыми. Журналисты, работающие в Украине, должны понимать, что интересы национальной безопасности в военное время неизбежно ограничивают свободу слова. Что касается символики с использованием букв V и Z, которыми российские агрессоры маркируют свою военную технику, то она запрещена в Украине, но пока параметры наказания за нее не установлены.

Жертвы и свидетели

Падрейг Хьюз попросил Ольгу Григоровскую рассказать об исковых заявлениях от имени пострадавших журналистов, которые она и ее коллеги только что, как сообщил модератор, подали в Европейский суд по правам человека.

«Первое подготовленное нами дело, - сказала она. – это история украинского журналиста Олега Батурина, которого российские военные похитили 12 марта на вокзале в Каховке в Херсонской области. В российском плену Батурин провел 9 дней (по другим данным – 8 дней), подвергаясь допросам, избиениям и психологическому запугиванию. От него, в частности, требовали назвать имена украинских активистов и журналистов. Его отпустили, и сейчас он находится в безопасности».

Ольга Григоровская (Olga Grygorovska) – юридический консультант Media Defence, специализируется на делах европейской юрисдикции. Ранее работала юристом в Европейском суде по правам человека.

«Второе дело – об убийстве 14 марта российскими военными украинской журналистки Александры Кувшиновой, работавшей консультантом американского телеканала Fox News, - рассказала Ольга. - Ей было всего 24 года. Вместе с ней был убит оператор Пьер Закржевски, а американский журналист Бенджамин Холл получил серьезные ранения. Их автомобиль был расстрелян под Киевом российскими военнослужащими».

Ольга Григоровская рассказала о юридических основаниях для успешного представления этих жалоб в Европейский суд по правам человека и о задействовании в этом процессе нескольких статей Конвенции о защите прав человека (ЕКПЧ).

«Должна заметить, что документировать такие дела крайне сложно, - заметила она. – Обычно очень мало свидетелей. И даже если находишь потенциального свидетеля, очень часто он не хочет говорить открыто, опасаясь последствий».

«У нас есть все основания считать, что в основе этих и других дел лежат сознательные атаки российских военных на украинских журналистов, выполнявших свой профессиональный долг, - отметила Ольга. – Что касается аргумента, что, мол, русские не видели, что Александра и ее коллеги – репортеры, то он не работает, поскольку заметный знак «пресса» на одежде у каждого из них невозможно ни с чем спутать».

XS
SM
MD
LG