Линки доступности

Россия и Китай: великая дружба или великое противостояние


Владимир Путин и Си Цзиньпинь приветствуют друг друга

Уна Александра Берзиня-Черенкова: «В России пишут, что китайцы оккупируют Сибирь, что китайцы заинтересованы в российской Арктике… В то же время, в Китае рассказывают о русских, как об обидчиках»

Россия продлила с Китаем договор о «вечной дружбе», которая не выглядит «вечной» для специалистов, изучающих отношения двух стран.

О том, как развиваются российско-китайские отношения, «ГолосуАмерики» рассказала руководитель Центра исследований Китая при Рижском университете им. Страдыня, ассоциированный исследователь Института Лау Королевского колледжа Лондона, а также института МЕРИКС в Берлине, Уна Александра Берзиня-Черенкова.

В отношениях с Россией Китай часто подчеркивает принцип не создавать альянсов против третьей стороны. Министр иностранных дел КНР Ван И считает своим долгом почти каждый раз упомянуть об этом при встречах с российскими коллегами. Ларов и Путин говорили: «если под союзничеством понимать отстаивание международного права, .. то да, в отстаивании этих принципов мы с Китаем - безусловные союзники», «теоретически вполне можем себе такое представить», но «безусловные союзники» не означает «союзники».

Николай Павлов: Китай и Россия имеют территориальные претензии друг к другу. Как складываются пограничные отношения между ними?

Уна Берзиня-Черенкова: В какой-то мере, российско-китайские отношения спасает абсолютная изоляция медиапространства этих двух стран... При всех больших нарративах о дружбе двух государств и о личной дружбе Путина и Си Цзиньпина, существуют два отдельных внутренних медиапространства, где о второй стороне отзываются весьма нелестно.

В России пишут, что китайцы оккупируют Сибирь, что китайцы заинтересованы в российской Арктике… В то же время, в Китае рассказывают о русских, как об обидчиках. Например, недавно в китайском СМИ появилась информация, что в Благовещенске некий учитель истории заметил в учебнике описание того, что Россия была одной из стран, отобравших земли у Китая–учитель сказал, что эту формулировку следует из учебников удалить, что и было сделано. В России это не вызвало такого сильного шока, как в Китае. Там. эта история произвела огромный фурор! Но это не повлияло на российско-китайские отношения, потому что информационные пространства изолированы друг от друга.

Дружба врозь
please wait

No media source currently available

0:00 0:00:37 0:00

Другой пример: на китайской стороне, рядом с российской границей, есть музей, куда русских не пускают, потому что там рассказывают о том, как «русский медведь» захватывал китайские земли. Китайцы хотят своим детям рассказывать эту историю, но так, чтобы это не повлияло на дружбу с Россией – и решили проблему просто: перестали пускать в музей людей с российским паспортом.

Недовольство существует по обе стороны границы, но этому недовольству не позволяют развиться, потому что сейчас эти отношения вполне взаимовыгодны. Есть внутренние клапаны, через которые выпускается пар подобного недовольства и национализма…

Но о захвате Россией китайских территорий в Китае никто не забыл. Даже когда Россия пошла навстречу Китаю – мы помним историю с передачей островов–в Китае сочли, что этого недостаточно.

Но ни правительство Си Цзиньпина, ни правительство Владимира Путина не заинтересованы в эскалации этих домашних недовольств. Когда люди на китайской стороне начинают слишком возмущаться, их нежно успокаивают и показывают фильмы о дружбе Китая и России.

Российский военный хор поздравил китайских коммунистов
please wait

No media source currently available

0:00 0:00:31 0:00

Н.П.: Существует ли вероятность, что Китай начнет проводить более агрессивную экономическую экспансию в России?

У. Б.-Ч.: Китай называет Россию «ветераном». То есть, с одной стороны, с большим уважением к российским достижениям, с другой стороны, мы ветеранами называем людей, которые когда-то что-то очень хорошо умели делать, а сейчас уже не те. Я не думаю, что Китай пойдет на классическое военное противостояние с Россией, однако гибридные методы никто не отменял. Например, когда российские школы стали оснащать камерами с функцией распознавания лиц, от китайских технологий было принято решение отказаться, потому что не до конца понятно, что произойдет с собранными данными.

Россия и Китай создают и поддерживают нарратив инноваций на встречах политической элиты обеих стран, рассказывая о том, что Китай заинтересован в диверсификации сотрудничества с Россией, которое сейчас на 70% основано на экспорте российских энергоресурсов. Говорят о том, что Китай очень хочет получить российские инновации, что в России есть хорошая научная школа, просто немного не хватает денег, и с этим Китай может помочь. Понятно, что это история для российской аудитории: мол, мы не хотим просто выкачать ваши природные ресурсы и уйти. Россия, со своей стороны, поддерживает этот нарратив, понимая, что какое-то сотрудничество будет выгодно.

Путин и Си Цзиньпинь готовят блины
Путин и Си Цзиньпинь готовят блины

Имеется еще один нарратив о единстве Евразии: каждая сторона говорит о своем видении Евразии, но сходятся на том, что одному без другого будет тяжело. При этом, конечно, Китай думает о том, как обойти Россию, а Россия – как обойти Китай.

У российско-китайских отношений есть очень много уровней, они существуют часто для какой-то цели, для третьей стороны. Если цель Америка–тогда это демонстрация единства. Мы видели это недавно, когда было продлено действие двустороннего Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве. Вечную дружбу стоит время от времени продлевать. Это было однозначно воспринято международными комментаторами как демонстрация сплоченности после саммита Байдена-Путина. Но тут возникает сложный вопрос, на который невозможно ответить сразу: союзники ли Россия и Китай? На самом деле, нет. Вечная дружба не подразумевает, что я приду тебе на помощь, если что-то случится.

Н.П.: Следует ли России беспокоиться в связи с растущими экономическими и военными амбициями Китая?

У. Б.-Ч.: Конфликт сейчас у Китая не только с Западом–мы думаем такими категориями «холодной войны»–идеология не совпала, есть проблемы с правами человека… Западные ценности крайне важны, но, на самом деле, есть целый ряд реальных прагматических проблем, которые несет с собой подъем Китая.

Взять хотя бы вопросы безопасности. Если раньше китайская армия развивала какие-то отдельные рода войск, то сейчас они совершенствуют все. И здесь возникает вопрос о безопасности, который касается не только США и НАТО. Конечно, это признают, на это обращают внимание и в российском МИДе – например, комментируя международную обстановку, часто упоминают, что в некоторых странах отмечается безумный рост военного бюджета, имея ввиду Китай.

Россия понимает, что технологическое развитие Китая в вопросах, связанных с бизнесом – те же кибертехнологии, 5G, сбор данных, методы ведения бизнеса – все это может быть использовано против нее.

Н.П.: Некоторые американские эксперты считают, что Америке надо не вступать в конфронтацию с Россией, а сотрудничать с ней для противодействия Китаю. Что вы об этом думаете?

У. Б.-Ч.: Мне не раз приходилось участвовать в таких дискуссиях. Главный аргумент такой: «Ну, мы хотя бы знаем, как работать с русскими, знаем, что от них ждать».

Но проблемы, существующие в отношениях США и России, никуда не денутся, даже если Америка решит закрыть на них глаза. К тому же Москва пользуется этим: одно время Россия считала, что Америке выгодно с ней дружить, и поэтому она может себе много чего позволить.

Я не сторонница подобной логики. Китай и Россия всегда думают о различных сценариях. Например, Китай думает о сценарии, в котором Америка и Китай снова найдут общий язык. Китайские интеллектуалы имеют разные мнения о том, почему это произойдет, но многие сходятся во мнении, что рано или поздно все устаканиться. И в этом случае, зачем Китаю Россия, которая призывает цивилизационно подняться против «гегемонии» Америки? Поэтому Китай успешно страхует себя от подобных крайностей.

Америке нет никакой необходимости рассчитывать на Россию в этом вопросе. Китай очень хорошо знает, что он будет делать при каждом из сценариев. Здесь нет «дружбы на века» и нет идеологической битвы на выживание с представлением, что если Америка пропадет, то мы победим. Китайцы, в отличие от России, будут готовы работать с Америкой.

Н.П.: Почему Россия будет не готова сотрудничать с Америкой?

У. Б.-Ч.: Дело в том, что современная российская идеология направлена на сплочение населения – этнически разного, многоконфессионального, локально патриотического и географически разделенного. Один из идеологических постулатов – история о плохом Западе, о западном зле, которое Америка, якобы, олицетворяет. Эта идеология основана на противостоянии либерализму, поэтому для России сейчас начать сотрудничество с Америкой намного сложнее с точки зрения внутренней политики, чем для Китая.

Интересный анализ причин дали Игорь Денисов и Александр Лукин: "Исторический опыт говорит о том, что формальное закрепление союзнических отношений России и Китая не выдерживает испытания временем."

Китайская внутриполитическая история про «китайскую мечту» – это идея о великом возрождении китайской нации в новую эру. Конечно, в ней есть очень много традиционного национализма. Есть разговоры, что «Америка не дает нам подняться и тянет нас вниз», и, при этом, Китай старается сплотить население: как и в России, люди ни во что не верят.

Однако китайская идеология сплочения населения не выстроена на абсолютном антиамериканизме. Они говорят: «сегодня Америка нам не желает добра, а завтра все может быть иначе». Китаю намного легче отойти от антиамериканской риторики.

Например, при общении с Евросоюзом Китай призывает страны Европы учитывать взаимное сотрудничество и не вводить санкции вслед за Америкой, а при общении с Россией, которая занимает активную антиамериканскую позицию, Китай высказывается очень осторожно.

Н.П.: Как вы оцениваете современные американо-китайские отношения, и как они могут выглядеть в будущем?

У. Б.-Ч.: Я не являюсь политическим футурологом, но, конечно, читаю то, что пишут мои коллеги. Они говорят о различных вероятных сценариях. Кажется, что существуют уровни, на которых китайцы пытаются договориться с США. Надо сказать, что для китайцев было немного неожиданно, что Байден унаследовал от Трампа его политику по отношению к Китаю.

Это лишний раз подтверждает важность внутренней политики. И на Трампа, и на Байдена давит американская индустрия, которая долго с Китаем сотрудничала, а потом поняла, что контроль над ситуацией утрачен, что их немного грабят, используют их интеллектуальную собственность… Если раньше американская индустрия говорила американским политикам: «не мешайте нам, мы знаем, как работать с Китаем, а вы со своей идеологией не знаете» – то сейчас произошел разворот, они говорят политикам: «делайте что-то, потому что мы теряем деньги».

Многие компании пытаются подстраховаться и частично переводят производства из Китая в страны юго-восточной Азии, чтобы не быть полностью зависимыми от Китая.

Хотя на секторальном уровне и происходит некоторая деэскалация, но это системная и внутриполитическая проблема, поэтому маловероятно, что отношения быстро изменятся.

Пока Китай не решит, что тоже проигрывает от ухода американских компаний, мало что будет меняться. Китай создает большое количество патентов – потому что партия сказала, что надо создавать инновации –но их неважно используют на практике. Редко подаются новые патенты на основе придуманных китайцами технологий, потому что что-то в этой системе не работает, в отличие от США, которые являются абсолютными лидерами в технологических инновациях – им даже Евросоюз платит за патенты.

Н.П.: Возможно ли обострение отношений между Китаем и США из-за ситуации в Южно-Китайском море или нарушений прав человека, например, уйгуров?

У. Б.-Ч.: Думаю, что Америка и Евросоюз будут постоянно напоминать Китаю про уйгуров и права человека, но настоящая проблема связана с Тайванем. Это действительно очень важный аспект в американо-китайских отношениях. Мы знаем, что разрабатывается сценарий на случай того, если Китай решит получить Тайвань силой.

Америка все более активно поддерживает Тайвань, раньше высказывание поддержки Тайваню было более сбалансировано.

Например, четырехсторонний диалог по безопасности, в который входят США, Япония, Австралия и Индия, стал неформальным военным альянсом с учениями, заявлениями, саммитом – это также такой своеобразный сигнал.

Хотя Си Цзиньпин внутри страны рассказывает о мечте воссоединения страны, Китай пока не станет завтра захватывать Тайвань, поскольку понимает, что это ему дорого обойдется. Тем не менее, Китай не перестанет стремиться к объединению страны –жители Тайваня с большим беспокойством слушают эти речи.

Джо Байден и Си Цзиньпин - встреча в Пекине
Джо Байден и Си Цзиньпин - встреча в Пекине

Н.П.: Чего можно ожидать от личной встречи Джо Байдена и Си Цзиньпина?

У. Б.-Ч.: Мне кажется, что каждая сторона останется при своем мнении. Нам, аналитикам, будет страшно интересно посмотреть, как будут сформулированы и как прозвучат заявления – в словах вся соль. В своей речи о столетней годовщине создания КПК Cи Цзиньпин сказал, что все, кто будет пытаться что-то делать против Китая, разобьют голову до крови о стену из людей. Это отсылка к довольно кровавому китайскому гимну, где есть призыв к китайцам всем жертвовать для своей страны и построить китайскую стену из своих костей. Но эту цитату официальное информагентство Китая «Синьхуа» перевело на английский намного более сдержанно.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG