Линки доступности

Нью-Йоркский кинофестиваль попал в магнитное поле Пелешяна


Артавазд Пелешян

В Линкольн-центре прошла мировая фестивальная премьера уникальной ленты «Природа»

Мировую фестивальную премьеру получил на 59-м Нью-Йоркском международном кинофестивале в Линкольн-центре (NYFF-2021) новый документальный фильм «Природа» (Nature) легендарного армянского кинорежиссера Артавазда Пелешяна.

«Природа» демонстрировалась в фестивальной секции «Течения» (Currents), которая делает акцент на мировом артхаусном, авторском кино.

Стихия и люди

Монтажный фильм «Природа», снятый при участии кинематографистов Франции и Германии, стал кульминацией последних 15 лет работы Пелешяна и первой большой лентой 83-летнего патриарха мировой документалистики почти за тридцать лет.

«Природа»
«Природа»

Это своего рода эпический коллаж величественных видов дикой природы и грозных природных катаклизмов, с которыми приходится иметь дело людям в разных регионах мира.

Пелешян размышляет на свою излюбленную тему – человечество в гармонии и конфликте с природой. Он монтирует кадры тающих ледников, снежных лавин и вулканов, извергающих лаву, аскетичных горных вершин, бушующего океана и яростных ураганов и торнадо. Мы видим, как цунами и наводнения сметают все на своем пути, как землетрясение за несколько секунд превращает городские кварталы в руины. Вывод очевиден: люди беспомощны перед слепой яростью разбушевавшейся стихии. В космогонии Пелешяна человек занимает подчиненное место, он вовсе не царь природы. Природа его царь, властелин и распорядитель судеб.

«Клипы, из которых составлен фильм, – пишет Кэти Бертон на сайте Geographical, – в основном любительская кинохроника, позаимствованная режиссером в Интернете... Гигантские волны играючи швыряют корабли, свирепые ураганы легко разрушают здания, люди бегут от наступающей стихии, и уязвимость человечества перед лицом природных катаклизмов предельно наглядна. Многие эпизоды полны пугающей силы. Мы видим, как люди пытаются спастись и как их легко сносит волной. Возникает эффект вуайеризма, подглядывания, когда зритель наблюдает за тем, как гибнут люди».

Особое значение режиссер, как и прежде, придает музыкальному ряду. В «Природе» он использует произведения Моцарта, Бетховена, Шостаковича и армянских композиторов Авета Тертеряна и Тиграна Амасяна.

Факел авангарда

В 2006 году фильм «Природа» был заказан Пелешяну Фондом современного искусства Картье (Fondation Cartier pour l’art contemporain), частным художественным музеем в Париже, который был создан в 1984 году.

«Природа»
«Природа»

Артавазд Пелешян родился в 1938 году в Ленинакане. Этот город в советской Армении был частично разрушен землетрясением 1988 года. Когда Армения обрела независимость в 1991 году, город получил название Гюмри. Пелешян вырос в Кировакане (сейчас Ванадзор). Там он получил техническое образование, работал на заводе «Автоматика», Там же, в Кировакане встретил свою будущую жену Аиду Галстян.

В 1963—1968 годах Пелешян учился в Москве, на режиссерском факультете ВГИК, в мастерской Леонида Кристи. Уже первые его короткометражные ленты, «Горный патруль, «Земля людей» и «Начало», получили международное признание. В «Начале» российская революция трактована как импульсивное движение огромных масс, направляемых харизматичным вождем. В фильме «Мы» (1969) он коснулся трагической судьбы армянского народа, пережившего в начале 20-го века геноцид. Лента «Жизнь» приветствовала обретение Арменией независимости в 1991 году. «Обитатели» – бравурное экологическое эссе, в котором автор любуются красотой животного царства.

Артавазд Пелешян
Артавазд Пелешян

Фильм «Времена года», снятый в 1975 году, киноведы называют визуальным шедевром. Из сценок тяжкого и изнуряющего труда горских крестьян складывается пасторальная ода армянскому селу.

Аналитики отмечают, что именно Пелешян подхватил факел дерзкого художественного эксперимента 20-х годов, затушенный сталинской реакцией 30-х. В его монтажных экспериментах, поисках нового визуального языка и новой метафоричности ощущается влияние лидеров советского киноавангарда 20-х, в первую очередь, Сергея Эйзенштейна, Эсфирь Шуб и Дзиги Вертова.

В мае 1983 года его вгиковский мастер Леонид Кристи так писал о нем (перевод с английского): «Я полагаю, что в документальном кино сегодня, как в советском, так и в зарубежном, Пелешян – самый блестящий художник. Говорю это не для того, чтобы унизить всех остальных, но он неподражаем в виртуозности и оригинальности».

«Найденное звено»

Особую роль в популяризации творчества Пелешяна в Европе и мире сыграл французский кинокритик Серж Даней. В 80-е годы он побывал в Армении и познакомился с его

творчеством. Потрясенный увиденным, Даней опубликовал в газете Libération восторженную статью, в которой провозгласил Пелешяна «найденным звеном в подлинной истории кинематографа».

Киноэксперты всего мира признают приоритет Пелешяна в создании теории «дистанционного монтажа», которая сейчас преподается во многих киношколах. Книга Пелешяна «Мое кино», в которой под одну обложку собраны его теоретические эссе и статьи разных лет, эксперты считают одной из важнейших публикаций теории кино. О его творчестве и теории вышли книги и научные статьи в десятках стран мира, включая США, Францию, Китай, Японию и Германию.

«У Пелешяна есть группка поклонников, что-то вроде культа, – отмечает живущая в Берлине кинокритик Кармен Грей в издании ArtReview. – И мало кто из приверженцев интуитивной странности его монтажных экспериментов будет спорить с грузинско-армянским мавериком Сергеем Параджановым, что он (Пелешян) один из подлинных гениев кино. Как бы то ни было, его имя редко можно услышать вне кругов синефилов».

«Выстроенные ритмически, практически без диалогов, обычно в сопровождении классической музыки, они (фильмы Пелешяна) действуют на зрителя на подсознательном уровне, – замечает Кармен Грей. – Время замедляется и закольцовывается в них благодаря использованию метода «дистанционного монтажа».

В беседе с Жан-Люком Годаром, опубликованной в Le Monde в 1992 году, Пелешян, в частности, сказал: «Часто говорят, что фильм – это синтез других искусств, но я думаю, это не так. Для меня (кино) восходит к Вавилонской башне, то есть к эпохе, когда еще не произошло разделения на разные языки. По техническим причинам кино появилось после других искусств, но по определению оно им предшествовало... Я стремлюсь к монтажу, который способен создать эмоциональное магнитное поле вокруг себя».

«Природа» - мощное смешение хроникальных кадров, – отмечает Кэти Бертон, –завораживающее, и, одновременно, очень тревожное. Своего рода напоминание всем нам никогда не недооценивать природу и ее способность указать нам на наше подчиненное место в мироздании».

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG