Линки доступности

Свобода слова в России стала стоить дороже: эксперты о ситуации с журналистикой в 2022 году


Студия Радио Свободная Европа / Радио Свобода в Москве (архивное фото)

Как в России можно получить неугодную властям информацию? Кремль пытается заблокировать неподконтрольные СМИ, но существуют способы преодоления этих препятствий

Международная неправительственная организация «Репортеры без границ» (Reporters sans frontières/Reporters without Borders) каждый год проводит классифицирование стран, на основе оценок свободы прессы. Рейтинг RSF частично основан на опросах с использованием ряда общих критериев: плюрализм мнений в медиапространстве, независимость СМИ, самоцензура, законодательство по защите прессы, прозрачность проверок публикуемых данных, вскрытие злоупотреблений.

В уходящем 2022 году в пятерку стран с наилучшей ситуацией для работы журналистов вошли Норвегия, Дания, Швеция, Эстония и Финляндия. Россия заняла 155-е место. Украина – 106-е. Для сравнения – США находятся на 42-й позиции в этом списке, Китай – на 175-м. Замыкают список КНДР и Эритрея, голосующие в ООН против осуждения российской агрессии в отношении Украины).

О чем свидетельствует эта и прочие международные оценки состояния одной из главных гражданских свобод в России? В этом пыталась разобраться корреспондент Русской службы «Голоса Америки».

«Люди начинают меньше смотреть ток-шоу ненависти»

Публицист и социолог Игорь Яковенко прежде всего отметил, что в уходящем году свобода слова в России стала гораздо дороже стоить.

«Если раньше за свободу слова давали административные аресты, то сейчас за нее дают восемь с половиной лет, в чем убедился Илья Яшин, например. Это проявляется и в судьбах других людей», – отметил он в комментарии для Русской службы «Голоса Америки».

Упомянув о том, что в рейтингах различных агентств, делающих замеры относительно ситуации со свободой прессы в разных странах, Россия занимает все более низкие места, Игорь Яковенко полагает: «В целом они отражают реальность, и я согласен с тем, что Россия – абсолютно несвободная страна, и за попытку высказать свое мнение в России можно получить огромный срок. Конечно, если сравнивать, где свободы слова меньше: в России, или в Туркмении, то окажется, что в Туркмении, или в Северной Корее ее еще меньше. Но уж на уровне Беларуси Россия находится точно», – считает эксперт.

Игорь Яковенко упомянул еще одну тенденцию – отъезд из России большого количества журналистов тех средств массовой информации, которые после 24 февраля были заблокированы и объявлены «нежелательными», либо «экстремистскими». И теперь из-за рубежа они делают все, чтобы сохранить ту аудиторию, которая была у них во время работы в России.

«Это очень важно, они не дают "засохнуть" информационной связи с людьми, которые не могут уехать из России, и продолжают поддерживать их. Это – гуманитарная функция, но сказать, что большое количество людей, которые раньше смотрели российские госканалы, теперь переключатся на Youtube, я бы не рискнул. Есть другой эффект – люди начинают меньше смотреть "ток-шоу ненависти", это – известные данные, что примерно на 20% уменьшилась их аудитория. Но эти люди не перешли в аудиторию протестной журналистики, а просто переключились на развлекательные программы», – заключает Игорь Яковенко.

«Так или иначе ростки свободы слова все-таки прорастают»

Независимый журналист и медиа-аналитик Галина Сидорова считает, что в настоящее время идут две войны: полномасштабная агрессия России против Украины и война путинского режима против остатков демократических свобод внутри самой России.

«Эти войны очень тесно связаны между собой, и все действия, которые российская власть предпринимала против гражданского общества в своей стране были своеобразной "артподготовкой" – мы помним, как, примерно, с 2012 года ужесточилось законодательство, и к началу агрессии на поле боя были сильно подорваны позиции независимых медиа», – сказала она в разговоре с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки».

В первые недели после начала полномасштабной агрессии в России фактически была введена военная цензура, согласно которой любая информация, не совпадающая с тем, что транслирует командование российской армии, объявляется «фейками», дискредитирующими вооруженные силы РФ. А любой человек, не согласный с политикой российских властей, может попасть в список «иностранных агентов» с весьма неприятными последствиями для фигурантов этого списка.

«К лету этого года в России было заблокировано порядка трех тысяч информационных сайтов, то есть работа всех медиа, контент которых не устраивал Кремль, была прекращена в России. И если им удавалось переехать куда-то за рубеж, то их работа подпадала под запрет и их ресурсы моментально блокировались Роскомнадзором», – продолжает Галина Сидорова.

Она отмечает и положительный момент: «Те мои коллеги, которые переехали вместе со своими редакциями или в индивидуальном качестве, не прекращали работу в самых разных формах. Кто-то продолжил деятельность под своим брендом, как телеканал "Дождь", одновременно предлагая своей аудитории системы обхода блокировок. Второй момент – создание новых медиа теми журналистами, которым пришлось покинуть страну».

В этом плане собеседница «Голоса Америки» отметила томский телеканал ТВ-2, который был очень популярен и за пределами своего региона.

«Против них велось массированное наступление со стороны властей, и многие ребята были вынуждены уехать, и теперь создали проект "Очевидцы", который очень успешно распространяется через Telegram», – напомнила она.

«Важно подчеркнуть, что несмотря на жесточайшие репрессии, заткнуть и заставить замолчать независимую журналистику и независимых блогеров у властей не получается. И так или иначе эти ростки свободы слова все-таки прорастают», – подытожила Галина Сидорова.

«Создается информационный хаос, где непонятно, кому доверять»

Эксперт Фонда защиты гласности, исследователь Лодзинского университета Роман Захаров считает, что вследствие действий российских властей все СМИ страны поделились на две неравные части: неподцензурные, и вынужденные считаться с военной цензурой. Первые в России заблокированы и доступ к ним внутри страны весьма затруднен.

«Нужно сказать, что закрытие доступа для массовой аудитории носит такой массовый характер впервые за всю историю страны», – подчеркнул Захаров в беседе с корреспондентом Русской службы «Голоса Америки».

Он также напомнил, что первыми под блокировку Роскомнадзора попали сайты «Ежедневного журнала», «Грани.ру» и «Каспаров.ру». Это было еще в нулевые годы, и тогда многие правозащитники и журналисты, даже далекие от либеральных идей, были возмущены этим фактом.

«Сейчас эффект по-настоящему массовый и неподцензурных медиа по сравнению со всеми остальными существующими в России не так много. Но, например "Новая газета", которая в стране закрыта официально по суду, но смогла найти для себя форму существования уже в европейской юрисдикции», – отмечает эксперт Фонда защиты гласности.

Он добавляет, что многие региональные СМИ и проекты расследовательской журналистики также подвергались гонениям со стороны федеральных и местных властей, были причислены к списку «иностранных агентов» и «нежелательных организаций».

«Кроме того, государство выдавило иновещание, то есть тех зарубежных вещателей на русском языке, которые на самом деле предоставляли очень качественный контент, а их редакции работали внутри России. Это, конечно, и "Радио Свобода", и русские редакции "Дойче Велле" и "Би-Би-Си", имевшие собственные корпункты в Москве», – продолжил Роман Захаров.

На основе проведенных им исследований он делает вывод, что сейчас в России просто невозможно создать независимый медиабизнес. Любое издание, которое осмелится выдавать неугодную властям информацию, будет немедленно отрезано от рекламного рынка, и в лучшем случае ему придется существовать за счет частных пожертвований.

«Кстати, краудфандинг в России все-таки работает, но, возможно, он не покрывает всех затрат, и все равно это – крохи по сравнению с тем, что те же независимые редакции зарабатывали», – уточняет Захаров.

В настоящее время в России невозможно писать на общественно-политические темы, если предлагаемый журналистами материал на отражает официальную точку зрения на события.

«Самое страшное, что случилось: нет рынка и нет доступа к неподцензурным СМИ. То есть, конечно, он есть, если говорить о VPN, но всю страну VPN не покрыть, потому что часть пользователей или ленивы, или не видят в этом необходимости, или устали бороться за право узнать правду. И в результате остается так называемая "гражданская журналистика", или блогерство, которая не всегда, к сожалению, следует стандартам, прописанным в профессиональных кодексах, и которым мы, худо-бедно, пытаемся следовать. Тем не менее, эта журналистика пробивается, она очень активна, туда же устремилась неподцензурная журналистика, пытаясь дойти до аудитории, но это создает информационный хаос, в котором не проверяются факты и рассказанные истории, где непонятно, кому доверять, где голоса пропагандистов и так называемых "военкоров" растворяются в общем потоке. И аудитория встает перед дилеммой: кому верить?», – констатирует эксперт Фонда защиты гласности.

Роман Захаров резюмирует: «Мы должны радоваться хотя бы тому, что человек не вступает в нехорошее действо пропаганды и не множит зло. Возможно, он не говорит так же открыто, как те коллеги, которые имеют такую возможность. Так вот – о печальной участи тех, кто забанен, или уволен с работы необходимо говорить, нужно протянуть ему руку и сказать: если ты не будешь заниматься пропагандой, мы готовы понять твою ситуацию».

Форум

XS
SM
MD
LG