Президент РФ Владимир Путин в очередной раз дал понять, что не исключает применения ядерного оружия.
Выступая на заседании клуба «Валдай», он несколько раз упоминал ядерное оружие (ЯО): «Можем ли мы быть уверены, что это оружие никогда не будет применено? Ну конечно, нет. Мы же знаем с вами известное высказывание: если ружье в начале спектакля висит на сцене где-то на стене, то оно в конце концов должно выстрелить».
Говоря о направленной в конце сентября странам НАТО дипломатической ноте с предупреждением применить ЯО в случае попытки отрезать Калининградскую область от России, Путин заявил: «Мы никому не угрожаем, мы просто говорим, что инструментов защиты себя у нас не так уж и много. И там, кстати говоря, в этом письме и заявлении МИДа не сказано о применении ядерного оружия. Там сказано, как я только что сформулировал, о применении всех сил и средств, имеющихся в распоряжении нашей страны. А как оно будет – мы уже решим».
Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте в этой связи заявил, что альянс готов защищать свою территорию, хотя, по его словам, непосредственной угрозы сейчас нет. Отвечая на вопрос о послании, которое Россия направила НАТО, Рютте отказался обсуждать его содержание, но подчеркнул, что НАТО является «оборонительным альянсом».
«Прекратите ядерные угрозы. Они совершенно неуместны, не помогают решению ситуации. И прежде всего прекратите войну в Украине», — заявил Рютте в интервью Euronews. По его словам, у НАТО есть «все необходимое для защиты каждого дюйма территории союзников», и альянс остается сильным, готовым и способным противостоять любой угрозе.
Дэрил Кимбалл, исполнительный директор исследовательского центра Ассоциация по контролю над вооружениями (Daryl Kimball, Arms Control Association) комментирует: «Российские угрозы следует воспринимать всерьез и решительно осудить как совершенно неприемлемые. Они отражают легкомысленное и незрелое отношение Москвы к рискам и опасностям применения ядерного оружия. НАТО, очевидно, не угрожает военными действиями против российского анклава Калининград, но даже если бы такая угроза существовала, реальность такова, что любое применение ядерного оружия, каким бы «ограниченным» оно ни считалось, в конфликте с другим государством, обладающим ядерным оружием, или с ядерным альянсом неизбежно привело бы к ответному ядерному удару, дальнейшей эскалации и началу катастрофической глобальной ядерной войны. Никакая угроза безопасности Калининграда не оправдывает риск такого исхода».
Угрозы
Путин и его подчиненные уже давно высказывают подобные угрозы. Они участились после оккупации украинского Крыма в 2014 году: позднее Путин рассказывал, что лично предупреждал мировых лидеров, что в случае их попыток направить войска для помощи Украине Россия применит ядерное оружие.
В 2018 году Путин сделал два заявления, ставших мемами. В марте, в интервью для пропагандистского фильма «Миропорядок 2018» Путин заявил, что использование ЯО приведёт к глобальной катастрофе и добавил: «Зачем нам такой мир, если там не будет России?». В октябре, на заседании клуба «Валдай», Путин так описал результаты ядерной войны: «Мы как мученики попадем в рай, а они просто сдохнут, потому что даже раскаяться не успеют».
В 2022 году – через несколько дней после начала полномасштабного вторжения в Украину, Путин заявил о переводе стратегических сил РФ в «особый режим».
В июне 2024 года на встрече с руководителями информагентств Путин сказал: «Почему-то на Западе считают, что Россия никогда этого не использует. У нас же есть ядерная доктрина – посмотрите, что там написано. Если чьи-то действия будут угрожать нашему суверенитету и территориальной целостности, мы считаем для себя возможным использовать все имеющиеся в нашем распоряжении средства».
«Любая угроза применения ядерного оружия является «безответственной», особенно если она является реакцией на угрозы, не связанные с ним. Все государства должны официально и публично осудить российскую ядерную угрозу как недопустимую и незаконную», – считает Дэрил Кимбалл.
При Путине ядерная доктрина РФ несколько раз обновлялась, причем в последний раз – в 2024 году, во время крупномасштабной войны с Украиной, которая впервые стала получать от союзников дальнобойные вооружения. Зимой в России в очередной раз заговорили о возможности применения тактического ядерного оружия против успешно обороняющейся Украины, а осенью была представлена ныне действующая ядерная доктрина («Основы государственной политики Российской Федерации в области ядерного сдерживания»).
В этом документе был значительно расширен список сценариев, при котором Кремль может применить ЯО – в том числе в ответ на агрессию с использованием конвенционных вооружений, – в том числе против неядерного государства, союзником которого является страна, обладающая ядерным оружием. И если в предыдущих доктринах Россия оставляла за собой право применить ЯО, если под угрозой оказывалось существование российского государства, то сегодня она может использовать его в случае «критической угрозы суверенитету и (или) территориальной целостности» – оба этих понятия расплывчаты.
Критически важно, что, как указано в доктрине, «решение о применении ядерного оружия принимается Президентом РФ» (т.е. Путиным) единолично. Принципом российского ядерного сдерживания названа «адаптивность к военным опасностям и угрозам», что подразумевает возможность крайне вольного толкования понятий «опасность» и «угроза».
Осень 2026 года в России участились заявления – в том числе кадровых дипломатов - о возможности нанесения ядерного удара по государствам Балтии и Польше.
Кир Джайлз, писатель, приглашенный научный сотрудник программы по России и Евразии в Chatham House (Keir Giles, Chatham House) так оценивает ситуацию: «Инвестиции России в виде риска и ресурсов в её кампании носят спекулятивный характер, но потенциально могут принести высокую отдачу. В частности, риск невысок до тех пор, пока страны-жертвы остаются «мальчиком для битья», пассивными, и не налагают на Россию в ответ значимых издержек или последствий. Само по себе это создает для России стимул продолжать прощупывать и испытывать, и понять, сколько именно потребуется, чтобы спровоцировать ответную реакцию».
Возможности
Все американо-российские соглашения о контроле за стратегическими ядерными арсеналами утратили силу, поэтому Россия не предоставляет данных о своем ядерном арсенале и не допускает иностранных инспекторов на свои военные ядерные объекты.
Согласно опубликованной Военным министерством США в январе 2026 года Национальной оборонной стратегии (2026 National Defense Strategy), «Россия обладает крупнейшим в мире ядерным арсеналом, который она продолжает модернизировать и диверсифицировать».
Согласно опубликованной разведсообществом США в марте 2026 года «Ежегодной оценке угроз» (The 2026 Annual Threat Assessment), Россия «модернизирует свой ядерный арсенал на фоне многочисленных неудачных испытаний новых систем».
Примерно в это же время, Госдепартамент США направил Сенату США докладную записку, в которой указал, что нет признаков того, что Россия увеличивает количество боеголовок, которые могут быть использованы для ударов по США и американских союзникам в Европе. В докладе также указывалось: «На протяжении всей войны в Украине Россия усиливает напряженность, прибегая к безответственному бряцанию оружием и провокационной публичной риторике касательно ядерной эскалации».
Выступая на Валдае, Путин подчеркнул, что Россия – вне конкуренции в сфере ядерных вооружений: «Ракетные войска стратегического назначения, я уже говорил об этом, чуть ли не на 98 с лишним процентов являются современными. Такого уровня современности у ядерных держав, ни у одной ядерной державы нет».
Де-факто Путин признал, что на протяжении длительного времени Россия, обвиняющая ядерные государства НАТО в агрессивности, тратила колоссальные средства и усилия на усиление своего ядерного потенциала в то время, как США, Великобритания и Франция этого не делали.