Госсекретарь Марко Рубио сообщил, что США внимательно следят за обстоятельствами смерти сотрудницы исследовательского института в Иркутской области России.
2 октября в Иркутской области была зафиксирована смерть девушки от пневмонии. Глава соседней Бурятии заявил, что речь идет о чуме. Власти Иркутска утверждают, что ситуация под контролем и проводится комплекс противоэпидемиологических мероприятий. Пресс-секретарь президента России призвал не доверять слухам, а доверять заявлениям профильного агентства – Роспотребнадзора. Местные медиа сообщают, что в карантине находятся сотни людей, а местные больницы прекратили прием пациентов.
Ситуацию прокомментировал эпидемиолог, доктор медицинских наук Михаил Фаворов (Michael Favorov), президент консультативной группы DiaPrep System. Фаворов долгое время проработал в федеральных Центрах по контролю и профилактике заболеваний США (Centers for Disease Control and Prevention – CDC).
- Судя по озвученной российскими властями информация, ситуация достаточно странная. Девушка каким-то образом заразилась чумой, а умерла, не от чумы, а от странной инфекции. И никто в России не дает прямых ответов: о чем идет речь. Какие выводы можно сделать на основе озвученной информации?
- Ситуация в следующем. Девушка не простая, девушка работала лаборантом. Я не могу понять, почему в 28 лет с высшим медицинским образованием - тут тоже есть вопросы, я знаю, что она закончила ВУЗ с красным дипломом - почему она работала лаборантом в противочумном институте Иркутска? Это вам не больница, это противочумный институт! Это там, где люди работают с чумными бактериями. Это ее прямая обязанность!
Она выполняла свою прямую обязанность и работала с пересевом чумных патогенов. А с какой целью, я не знаю: это может быть создание коллекции, это может быть проверка вакцин на животных... Она это делала, и что-то произошло.
Разбилась проверка – условное высказывание, означающее, что что-то произошло. И в Соединенных Штатах, и где хотите - в Австралии, в Британии это называется «аварией». Произошла лабораторная авария.
Почему она о ней не доложила? - Это уже персональный вопрос к ней. Но факт тот, что через несколько дней опять - я не знаю, два дня, три дня прошло - она заболела тяжелой пневмонией.
Почему она оказалась в областной больнице это тоже для меня загадка. Может быть, она там живет, но она (оказалась) не в Иркутске, а в областной маленькой крохотной больничке. Пришла туда. И доктора, конечно, увидели такую тяжелую пневмонию - а это тяжелейшая инфекция! Чума легочная - тяжелейшая инфекция, которая следует за вдыханием бактерий, непосредственным вдыханием. Если у вас в кармане разбилась пробирка, то как вы можете вдохнуть? – Никак! Значит, что-то другое произошло.
Авария, как угодно, может произойти. Главное, что в этой больнице девушка попала в реанимацию, ей поставили аппарат искусственного дыхания, который за нее дышал, который забирал из ее легких воздух, насыщенный бактериями, и выдавал в окружающую среду – в комнату, где находились те, кто ставил ей интубацию, кто делал ей капельницы, те, кто ее смотрел ее. Сколько там было медицинского персонала мы не знаем.
К сожалению, девушка погибла. Что при такой форме болезни считается весьма вероятным исходом. Раньше, до применения антибиотиков, это было 90% гибели. Теперь, если бы она начала прямо в ту минуту, когда каким-то образом заразилась, если бы она начала (принимать) антибиотики, то, в общем, можно было иметь фифти-фифти. Но все равно, 50% вдохнувших все равно погибают. Даже в современном мире, на антибиотиках. Это очень серьезная ситуация.
Я до 1991 года работал в Советском Союзе, занимал высокий пост по эпидемиологии, потом был приглашен в CDC (, потому что, в основном, в Советском Союзе отвечал за Центральную Азию. А когда Советский Союз развалился, отвечать за нее стало некому. Поэтому CDC очень были заинтересованы иметь нескольких специалистов, которые бы работали с Центральной Азией. Практически десять лет я был региональным директором американских CDC в Центральной Азии. Поэтому я хорошо знаю систему. Это очень важно (знать), как все работает, кто кому что сообщает, и так далее.
Вот что произошло, с моей точки зрения. Думаю, что я близок к правде. Напуганные иркутские власти - не знаю, на каком уровне, думаю, что на уровне санэпидемслужбы - стали сообщать: «У нас нет чумы. Это она ездила в Бурятию, сусликов ловила или выделяла из них что-то, и, соответственно, Бурятия во всем виновата. Это они, это не мы!».
На что Бурятия выступила на самом высоком уровне. Губернатор (Бурятии) стал кричать, что, во-первых, у нас никаких сусликов нет, мы уже десять лет сертифицированы, что у нас нет чумы. А, во-вторых, она к нам вообще не приезжала!
Из-за того, что они задрались, произошло раскрытие этого случая. Если бы не это, я уверен, никто бы никогда ничего не узнал.
Дальше начались абсолютно стандартные мероприятия. Конечно, у нас в Соединенных Штатах, они бы выглядели гораздо более модно: все в скафандрах, все прилетают на вертолетах, все управляют дронами… А там все по-простому. Эту больницу оцепили, закрыли, никого не впускать, не выпускать, ни на выписку, ни на вписку, ничего! Неделю всем сидеть и всем пить антибиотики. Вот это очень важный момент, что с точки зрения профилактики, чем раньше начат у контактных прием антибиотиков, тем меньше шансов, что будет случай (заражения).
Кроме того, я знаю, что был организован еще один (изолятор). Обычно это делается в каком-нибудь санатории: он закрывается, всех выселяют и туда отправляют всех других контактных. У девушки же могли быть и другие контакты - дома, в городе… Это очень тщательное расследование, оно ведется совместно эпидемиологическими службами, которые понимают, о чем идет речь, и полицейскими, которые просто выполняют (приказы).
Так что там есть еще один одно учреждение, тоже закрытое, тоже оцепленное охраной. И почему-то в некоторых изданиях пишут, что это войска. Нет, обычно не это войска, это обычно милицейские посты, но там выйти невозможно.
Таким образом, с точки зрения Соединенных Штатов, шанс распространения инфекции нулевой. Нельзя так говорить, у эпидемиологов это называются «близки к нулю», потому что никогда не придумаешь, что может случиться.
Потому что советская система всегда была очень жесткая. Противочумная система -отдельная вертикальная структура. Она даже не входит в общую санэпидслужбу, она имеет, так сказать, несколько подчинений, потому что это особо опасная инфекция: она подчиняется и службам безопасности, и службам эпидемиологии.
В 2012 году в Чикаго у нас произошло то же самое, заразился лабораторный работник. Он работал с какой-то ослабленный чумой, с ослабленным штаммом и ухитрился заразиться. Это у нас-то, где все должны быть в скафандрах, где все должны сидеть в специальных биозащитных шкафах! Но, поймите: когда люди работают десятилетиями, все притупляется, для них это рутинная работа - что чума, что холера, какая разница! Но факт есть факт, что это случается. Этот человек в Чикаго умер, к сожалению. Он был еще болен хронической инфекцией, у него была другая болезнь. И я думаю, что эта комбинация привела к смерти, потому что его штамм был ослабленный.
За последние 20-30 лет, думаю, имел место десяток лабораторных заражений в Соединенных Штатах. Вот в Российской Федерации произошло лабораторное заражение.
По принятым мерам, я считаю, что все проведено как по-советски, как надо: всех впускать, никого не выпускать и через неделю вопрос будет исчерпан.
- Существуют ли международные нормы и правила, обязывающие государства информировать международное сообщество, Всемирную организацию здравоохранения (ВОЗ), о вспышках подобных заболеваний на своей территории?
- Да, правила есть очень серьезные, многостраничные, я их читал, но дочитать это все невозможно. Это все бюрократический ВОЗовский язык, который направлен на то, что ВОЗ должна выразить озабоченность.
Да, вы обязаны сообщить в первые 24 часа, не только всем соседним странам, но и всему миру сообщить, ВОЗ должна сообщить. Но не существует никаких правил по наказанию за то, что это не сделано.
Потому что ВОЗ - огромная бюрократическая организация, в которой каждая страна суверенна. Помните историю с КОВИдом? Китай ничего не сообщал, а сотни рейсов в день продолжали летать по всему миру. Как иначе КОВИД мог распространиться в течение нескольких месяцев по всему миру? Сразу же была катастрофа.
А в наше время уже настолько полное, так сказать, пренебрежение международными договорами и настолько важна суверенность всего и каждого, что уж, конечно, в планы Российской Федерации не входит сообщать о слежении за лабораторной аварией.
Тут есть очень интересный нюанс. В Российской Федерации существует тема о создании (американских) лабораторий, где, якобы, идет работа с патогенами первой группы - чума туда тоже относится, и геморрагические лихорадки, и (другие) всякие страшные болезни. Что, мол, американцы там строят лаборатории, а что они там делают, мы ничего не знаем. Я теперь могу сказать, чтобы, если совместно были бы проведены аналогичные мероприятия в этом самом Иркутске, то эта девушка бы не умерла и я бы не говорил об этом третий день по телевизору, как говорящая голова.
Потому что, конечно, напуганы все очень сильно, потому что эти противочумные лаборатории построены в 1950-х годах. Что, Российская Федерация бросила все деньги на восстановление этих лабораторий? Конечно, нет! В том-то все и дело…
Построенные в Узбекистане, в Казахстане, в Армении, в Украине новые лаборатории - те же самые лаборатории, что и в Иркутске, но современные: вытяжка стоит, сигнальная система, камеры, массу вещей изменили - конечно в какой-то мере гарантируют от этих аварий.
- По заявлениям российского официоза складывается впечатление, что он всячески пытается скрыть происходящее, в первую очередь от собственного населения. Слово «чума», например, не произносится…
- Тут начинается уже семантика, то есть игра слов. Что значит «скрывает»? Было сперва объявлено подозрение на особо опасную инфекцию. Правильно? Для того, чтобы она была подтверждена, надо выделить культуру клеток и так далее. То есть (сделать) целый ряд шагов.
В тот же день старый, очень опытный эпидемиолог - старый не обязательно по возрасту - бывший замминистра Российской Федерации Геннадий Григорьевич Онищенко, сказал: - Почему вы решили, что чума? Это вообще не чума!
То есть, он, как самый умный раньше всех объяснил Роспотребнадзору, что надо сказать. Вот и все! Потому что он старый, опытный политик. Наша работа, в том числе CDC, очень и очень политизирована. Особенно после КОВИДа, когда население настолько напряжено в отношении бактериальных инфекций! И на следующий день все (в России) сказали: - Это не тот случай, он неподтвержденный, он теперь только вероятный…
И больше ничего мы не услышим, даже если он десять раз подтвердится. Я даже не уверен, что узнаю, были ли вторые случаи. Меня особенно волнуют те, кто были вокруг этого аппарата искусственного дыхания - специалисты знают, о чем я говорю.
SARS случился в Китае именно из-за аппаратов искусственного дыхания. Они заразили всех в этой больнице. Эти аппараты забирали из легких вирус и распространяли среди людей.
Но, во всяком случае, главное, что для населения России, для населения Иркутска, для населения Соединенных Штатов это все уже не имеет значения. Они заперли там всех.
Когда я делал аналогичное расследование в 2003 году, в другой стране, мы нашли таксистов, которые возили случай, и их посадили на карантин. То есть, всех найдут! Советская система была очень жесткая, никаких (регулирующих эту сферу) законов Россия не меняла. И теперь в такой ситуации, когда сам Песков выступает, что все это не то, это слухи, что Роспотребнадзор вам все расскажет… Ничего не расскажет! Но всех найдут, и я довольно спокойно себя чувствую.
- Честно говоря, я считал, что чума побеждена. Однако обнаружил, что в последние годы вспышки фиксировались в Монголии, в Китае в Африке… Возможно ли избавится от чумы, навсегда оставить ее в прошлом?
- Чума - это зооноз. У нее всегда есть природный резервуар. Мы - люди – туда влезаем со стороны, мы там вообще ни при чем, поскольку она живет среди сусликов, тарбаганов, степных, полустепных, полупустынных животных в норах. От чумы избавиться мы никогда не сможем. Она была с нами всегда, и будет с нами всегда.
Но, если раньше в результате этого заболевания умирали миллионы людей, например, в Европе умерло в некоторых странах 30% населения, в других каких-то очагах, в Германии, 70% населения, то, конечно, человечество на это среагировало.
Как среагировало?! Города, особенно портовые, потому что крысы с блохами идут с кораблей и доставляют их в европейские города. Так вот, войска окружали эти города: никого не впускать, никого не выпускать. Тот же принцип у нас, врачей, сейчас (в карантине) одна больница, а тогда вот (целые) города. Причем войска больше всего боялись, что кто-то к ним подойдет снаружи или внутри, потому что он принесет чуму. Поэтому они стреляли в обе стороны, и карантины были очень жесткие. И ждали, когда последний (заболевший) помрет.
И когда последний погибал, тогда туда (заходили). Как они это выясняли, умер ли последний? - Это очень интересно. Ну, почитайте (роман) Камю «Чума». Замечательно все это написано! Это ужасы человеческой жизни.
Но в результате этого произошла разработка системы санэпидслужбы. Карантинизация! Это номер один!
Более того, ну, например, и в Соединенных Штатах, и в Российской Федерации есть, как бы это сказать, напряженность знаний людей, которые живут там, где есть эти сурки. Если человек, работающий в этом регионе, видит мертвого сурка, то он его рукой не тронет. Это я вам точно говорю! Эти люди все прекрасно знают, что это значит. Они сообщат куда следует, и пусть этим эпидемиологи занимаются.
Но чума всегда будет с нами. Чума имеет разные формы. Девушка заболела самой тяжелейшей и самой опаснейшей формой - легочной. В обычное время это исключительно редкая форма. Обычно (заболевают) бубонной чумой, а она в настоящее время хорошо лечится. Конечно, какой-то процент летальности остается, в пределах один-два, что, в общем-то, несопоставимо с тем, что было раньше.
Мы контролируем эту инфекцию нашим поведением. Мы имеем специальные противочумные станции. Тем не менее, в Соединенных Штатах за последние десять лет - шесть случаев! Нет, никто не умер, всех вылечили! Но это неважно. Чума будет всегда, потому что она в сусликах - вы никак не можете ничего с ней сделать.
Если говорить о Монголии, то там мнения ученых разошлись. Одни считают, что это случай, другие не случаи. Это то же самое, что сейчас в Российской Федерации. Если у вас появился случай, то вы сможете заказать какие-то новые пробирки для своей станции. А если вы плохо сидите в качестве главного врача, то вам ни в коем случае случай не нужен - вас тут же снимут. Поэтому не забывайте, что это все человеческие вещи.
