Евразийский центр Атлантического совета провел дискуссию об угрозах, которые Россия представляет для НАТО.
Модератор дискуссии, старший директор Евразийского центра Атлантического совета Джон Хербст (John Herbst), со ссылкой на сообщения ряда западных СМИ отметил, что Кремль может рассматривать возможность ограниченного вторжения на территорию одной из стран НАТО или другой крупной провокации, чтобы проверить готовность альянса.
Участники дискуссии отметили, что на фоне отсутствия значительных успехов российских войск в Украине Москва в последние два года все активнее прибегает к другим способам давления на Европу. Западные правительства и спецслужбы связывают с Россией кампанию гибридных операций – от дезинформации и кибератак до диверсий, поджогов и повреждения подводных коммуникационных кабелей.
Особую обеспокоенность вызвал недавний инцидент в аэропорту Лейпциг/Галле, где возле украинского грузового самолета обнаружили беспилотник со взрывчаткой. Германия возложила ответственность за неудавшуюся атаку на Россию.
Последовавшие новые инциденты на объектах немецкой инфраструктуры усилили опасения европейских правительств. Европейские спецслужбы готовятся к возможному росту числа подобных операций – от актов вандализма и саботажа до поджогов гражданских объектов.
Эксперты Атлантического совета отметили в ходе дискуссии, что Европа пока не располагает достаточно эффективными механизмами сдерживания российской гибридной кампании и ответа на действия, остающиеся ниже порога прямого военного нападения.
Бывший высокопоставленный сотрудник ЦРУ, профессор Гленн Корн (Glenn Corn) напомнил, что подобные действия России в Европе начались задолго до полномасштабного вторжения в Украину.
«Россия годами осуществляет в Европе покушения и силовые операции. Это началось не в 2014 году, задолго до этого в Лондоне был убит Александр Литвиненко. <...> Мы знаем и о дезинформационных кампаниях, пропагандистских и политических операциях», – сказал Корн.
По его мнению, НАТО постепенно начинает осознавать масштаб угрозы, однако реагирует слишком медленно. Это, добавил Корн, дает Москве уверенность, что она способна и дальше расширять границы допустимого, не сталкиваясь с серьезными последствиями: «Если в России почувствуют, что могут продолжать действовать в том же духе и заходить все дальше, ситуация может стать еще хуже. Они могут попытаться провести какую-то операцию в странах Балтии или даже в Польше, чтобы отвлечь внимание от происходящего в Украине, хотя я считаю такой сценарий маловероятным».
Большую опасность сегодня представляет не столько перспектива одной масштабной атаки России, сколько постепенное превращение многочисленных гибридных операций в постоянный кризис, считает внештатный старший научный сотрудник Атлантического совета Агния Григас (Agnia Grigas), специалист по вопросам энергетики и геополитической экономики, а также странам Балтии.
«Мы уже находимся в состоянии хронического кризиса, когда одновременно или один за другим происходят многочисленные, казалось бы, бесконечные инциденты: кибератаки, диверсии против инфраструктуры, нарушения воздушного пространства беспилотниками, убийства, информационные операции. И все чаще эти действия выходят за рамки так называемой серой зоны и приобретают более силовой характер», – отметила она.
Особенно уязвимыми Григас считает страны Балтии – из–за их географического положения, близости Калининграда и Беларуси, а также Сувалкского коридора. По ее словам, происходящее создает для региона не только военную, но также политическую и психологическую угрозу.
«Серьезную тревогу вызывает то, что НАТО пока не удалось сдержать подобные провокации и попытки проверить реакцию альянса», – сказала Григас.
Российский оппозиционер, экс–чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров считает, что возможная российская провокация против стран НАТО может быть направлена не столько на захват территории, сколько на демонстрацию неспособности альянса дать коллективный ответ: «Он [Владимир Путин] не рассчитывает выиграть сухопутную войну против НАТО. Если российские силы пересекут границу, например, в районе Нарвы или Даугавпилса, это не обязательно будет означать, что Путин хочет оккупировать эти территории. Целью может быть продемонстрировать, что НАТО мертво, потому что Америка не станет вмешиваться».
По мнению Каспарова, который также является председателем и основателем Renew Democracy Initiative, страны восточного фланга уже учитывают возможность того, что в кризисной ситуации им придется действовать без немедленной поддержки США. При этом главной аудиторией потенциальной российской эскалации, считает он, могут стать не столько правительства стран Балтии или Польши, сколько избиратели крупнейших западноевропейских государств.
«Послание Путина будет адресовано прежде всего немецким, итальянским, французским – особенно французским – и испанским избирателям. Владимир Путин стремится ослабить решимость Европы, добиваясь смены правительств <…> В этом и заключается его цель – запугать Европу угрозой масштабных действий», – сказал Каспаров.
По его словам, даже без применения ядерного оружия сама угроза дальнейшей эскалации может оказаться достаточной, чтобы усилить страх перед большой войной и сыграть на руку политическим силам в Европе, выступающим за более примирительный курс в отношении Москвы.
В то же время директор Инициативы трансатлантической безопасности Центра стратегии и безопасности имени Скоукрофта при Атлантическом совете Торри Тауссиг (Torrey Taussig) считает, что к прямому военному нападению на восточный фланг НАТО сегодня подготовлено значительно лучше, чем к действиям России ниже порога открытой войны: «НАТО готово вступить в бой хоть сегодня ночью. В распоряжении альянса есть войска и необходимые возможности, находящиеся в высокой степени боевой готовности <…> Впервые со времен холодной войны у НАТО есть готовые региональные планы обороны для конкретных театров военных действий, а не только общие схемы реагирования на кризисы».
Тауссиг отмечает, что укрепление передовых сил на восточном фланге повысило возможности НАТО по сдерживанию обычного военного нападения. Однако, по ее словам, нынешняя проблема заключается прежде всего в диверсиях, кибератаках и других действиях, которые не достигают порога применения статьи 5.
«НАТО – не единственный участник этой дискуссии и, по сути, не самый эффективный инструмент для противодействия гибридным угрозам <...>В этих обсуждениях участвовал и Европейский союз – с теми дипломатическими и экономическими инструментами, которыми располагают европейские страны. В них также участвовали национальные разведывательные службы и правоохранительные органы», – отметила Тауссиг.
По словам Тауссиг, для эффективного ответа на российские диверсии европейским странам необходимо использовать весь доступный набор инструментов – от возможностей НАТО и Евросоюза до национальных спецслужб и правоохранительных органов – с тем, чтобы изменить расчеты Кремля.
Форум