Спустя столетие после появления доктрины итальянского адмирала Джулио Дуэ, считавшего, что воздушные удары по городам, заводам и коммуникациям противника способны принести быструю победу, она в очередной раз проверяется в условиях войны России с Украиной.
Попытки «вбомбить врага в каменный век» предпринимались во многих войнах прошлого и настоящего, однако агрессия России против Украины придала этой практике новый аспект. Если ранее противникам приходилась рисковать дорогостоящими ракетами, бомбардировщиками и их экипажами, то в этой войне большинство ударов по тылам осуществляют относительно недорогие беспилотники.
ВС РФ начали целенаправленно уничтожать объекты гражданской энергетической инфраструктуры Украины в конце 2022 года, после провала наступления на Киев. Целью этих действий было создание невыносимых условий жизни для украинцев в условиях зимы, чтобы принудить Киев к принятию российских требований. Украина не капитулировала.
Дмитрий Горенбург, старший научный сотрудник Центра Дэвиса Гарвардского университета (Dmitry Gorenburg, Harvard University) в интервью Русской службе «Голоса Америки » отметил, что «Россия пыталась разрушить украинскую инфраструктуру, исходя из предположения, что это заставит Украину сдаться. Каждую зиму Россия совершала атаки на украинскую энергетическую инфраструктуру и подобные объекты, что оказалось совершенно неэффективным для достижения ее целей. Однако она добилась определенных успехов в разрушении».
Конечно, лишения огромны, и это влияет на моральный дух, – сказал Горенбург. – С другой стороны, в Украине уровень ненависти к России за то, что она это делает, очень высок и остается таковым. Кроме того, существует четкое понимание того, что поражение будет означать для Украины. Поэтому украинцы осознают: да, страданий много, но и выбора на самом деле нет».
Николас Локкер, сотрудник исследовательского Центра новой американской безопасности (Nicholas Lokker, Center for a New American Security):
«Россия много лет наносит удары по критически важной инфраструктуре Украины, в том числе, по гражданским объектам – больницам, системам водоснабжения и электростанциям. Несмотря на утверждения Москвы о том, что эти объекты являются законными военными целями, Международный уголовный суд квалифицировал ряд подобных атак, как военные преступления. Пока вопиющее пренебрежение нормами международного права не принесло желаемого для агрессора результата».
Ответный удар
ВСУ, в 2022 году практически не имевшие дальнобойных вооружений и обладавшие крайне ограниченной авиацией по сравнению с российской, долгое время не могли проводить крупномасштабные операции подобного рода.
Целями ВСУ становились исключительно военные цели в прифронтовой полосе, однако по мере наращивания производства дронов и ракет, и улучшения их характеристик, ВСУ получили возможность атаковать глубокие российские тылы.
С 2024 года ВСУ наносят удары по российским энергетическим объектам и НПЗ, а с 2025 года – по объектам логистической инфраструктуры. Одним из заметных последствий этого в 2026 году стал дефицит горючего в России. Многие украинские лидеры подчеркивали, что еще более важно то, что россияне начинают испытывать те же проблемы, с которыми столкнулась в результате российской агрессии.
«Удары Украины по российской гражданской инфраструктуре – в частности, продолжающиеся атаки на нефтеперерабатывающие заводы и склады крупных маркетплейсов таких как Wildberries и Ozon, – стали относительно новым явлением. Хотя нанесение экономического ущерба рядовым россиянам, вероятно, призвано подорвать общественную поддержку войны, маловероятно, что это повлияет на принятие решений в Кремле. Путин по-прежнему привержен своим военным целям, и если удары Украины по преимущественно гражданским объектам и вызовут какую-либо реакцию, то она, скорее всего, выразится в эскалации конфликта. На прошлой неделе Путин зловеще заявил, что новая тактика Киева открыла “ящик Пандоры”», – считает Николас Локкер.
Аналогичного мнения придерживается Дмитрий Горенбург: «Украина делает это, чтобы оказать давление на российское руководство, чтобы сделать войну непопулярной в России. Все это имеет смысл. Но не думаю, что это приведет к достижению цели».
Горенбург поясняет: «В России существует значительный разрыв между населением и руководством страны. Все опросы – да и просто наблюдения – показывают, что россияне от всего этого порядком устали. Однако руководство России это, похоже, не особо волнует, учитывая крайне авторитарный характер системы».
По мнению эксперта, с помощью воздушных ударов Украина сумела добиться заметных тактических успехов: «В частности, их удары средней дальности плюс различные операции, связанные с Крымом – назовем их, "блокадой с помощью дронов", – оказались эффективными в плане замедления, а в некоторых случаях, и обращения вспять российского наземного наступления. Россия практически перестала захватывать новые территории. И раньше продвижение российских войск шло очень медленно, но оно все же происходило, а за последние 4–6 месяцев существенных сдвигов на линии фронта практически не произошло. В перспективе это может – при условии, что политическому руководству России передается достоверная информация, в чем мы не можем быть уверены на сто процентов – привести к определенным изменениям. Хотя я не уверен в готовности России к переменам: очевидно, что Путин слишком многое поставил на кон».
Удары по «стратегам»
28 августа 2026 года Украина сообщила об уничтожении очередного российского стратегического бомбардировщика Ту-95МС, который базировался на авиабазе в Энгельсе Саратовской области. Стратегическая авиация России, к началу открытого вторжения располагавшая примерно ста бомбардировщиками советского производства, давно стала целью атак ВСУ.
Один из элементов ядерной триады был и остается одним из ценнейших активов Москвы: эти самолеты не просто дорогостоящие, их производство было прекращено после распада СССР. «Стратеги», способные нести крылатые ракеты разных типов, буквально с первого дня применялись против Украины.
1 июня 2025 года украинская разведка провела беспрецедентную масштабную атаку дронов на пять российских авиабаз, уничтожив 10-11 стратегических бомбардировщиков и повредив еще несколько.
Дмитрий Горенбург : «Украина начала наносить удары по стратегическим бомбардировщикам довольно давно. Поначалу это вызывало бурные споры, особенно в контексте отношений России с Западом: мол, не приведет ли это к ядерной эскалации и всё такое? А сейчас подобные разговоры практически сошли на нет. Это стало просто частью войны. Эти удары эффективны».
Война будущего
Опыт любого вооруженного конфликта изучается другими государствами, вносящими изменения в свои программы военного строительства и военные доктрины.
Отвечая на вопрос: «Какие уроки возможно извлечь из этого аспекта российско-украинской войны?», – Дмитрий Горенбург ответил: «Мы наблюдали подобное во множестве различных конфликтов. И все же, не всегда до конца усваивается главный урок: одних лишь воздушных кампаний недостаточно. Мы видим это и в нынешних конфликтах – например, на Ближнем Востоке, – и наблюдали в прошлом, скажем, в бывшей Югославии. Всегда необходимы силы на земле».
Николас Локкер считает, что стратегия атак по гражданским целям заведомо проигрышная: «История войн последнего столетия показывает, что длительные кампании воздушных ударов, как правило, не ослабляют, а лишь укрепляют решимость населения. К сожалению, война между Украиной и Россией, похоже, движется по пути эскалации в формате “око за око”, что усугубляет общую тенденцию к размыванию международных норм ведения вооруженных конфликтов. Другие страны могут воспринять этот конфликт как сигнал, что им не обязательно проявлять сдержанность в ходе боевых действий. Это сделает мир более опасным для всех нас».
Форум