B начале сентября помощник Путина Юрий Ушаков заявил, что Президенты РФ и США в телефонном разговоре договорились продолжить работу по решению гуманитарных вопросов, включая обмены задержанными и осужденными.
Буквально через несколько дней Глава Федеральной службы исполнения наказаний России Аркадий Гостев озвучил цифру – в российских колониях содержатся 16 граждан США.
По его словам, большинство из них отбывают наказание за преступления, связанные с наркотиками, контрабандой, незаконным пересечением границы, насильственными преступлениями и преступлениями против половой неприкосновенности.
Однако правозащитники и семьи некоторых заключенных утверждают, что ряд американцев удерживаются не за реальные преступления, а как средство давления Москвы на Вашингтон.
Мы обратились за комментарием в некоммерческую организацию Global Reach, которая помогает семьям американцев, удерживаемых за рубежом, и участвует в усилиях по их возвращению. Руководители организации ранее работали над делами Тревора Рида (Trevor Reed) и Бриттни Грайнер (Brittney Griner), а совсем недавно Global Reach содействовала усилиям по освобождению бывшего американского морского пехотинца Роберта Гилмана (Robert Gilman), которого Россия в августе отпустила по гуманитарным соображениям.
Your browser doesn’t support HTML5
Американцы в российских тюрьмах: вопросы о неправомерном задержании
Сейчас Global Reach занимается делами пяти человек, находящихся в российских тюрьмах: Андре Хачатуряна (Andre Khachatoorian), Дэвида Барнса (David Barnes), Ольги Джезлер (Olga Jezler), Александра Антонова (Aleksandr Antonov) и Чака Циммермана (Chuck Zimmerman).
Мы спросили директора по расследованиям организации Кирана Рамзи (Kieran Ramsey), почему именно эти дела Global Reach считает случаями неправомерного задержания.
«Мы проводим тщательную проверку каждого дела и оцениваем, может ли оно соответствовать критериям, предусмотренным законом Роберта Левинсона о захвате заложников и ответственности от 2020 года, – объясняет Рамзи. – Именно этот федеральный закон позволяет присвоить человеку статус неправомерно задержанного. В нем перечислен целый ряд критериев. При этом закон не требует, чтобы дело соответствовало какому-то минимальному количеству критериев: достаточно наличия одного из предусмотренных признаков.
В целом речь идет о ситуациях, когда американца удерживают или привлекают к ответственности именно потому, что он гражданин США, либо когда существует понимание, что его можно использовать для получения уступок от американского правительства. Есть целый ряд государств, которые прибегают к тому, что мы называем “дипломатией заложников”. У России есть длительная история использования такой практики. По нашей оценке, в каждом из этих пяти случаев есть признаки, позволяющие считать, что они соответствуют юридическим критериям неправомерного задержания».
Но оценка правозащитной организации еще не означает присвоения официального статуса правительством США. Сейчас единственным американцем, находящимся в российском заключении и официально признанным Госдепартаментом неправомерно задержанным, остается Стивен Хаббард (Stephen Hubbard).
В августе 16 американских сенаторов обратились к госсекретарю Марко Рубио с призывом присвоить такой же статус пяти делам, которыми занимается Global Reach. Окончательное решение принимает Госдепартамент с учетом всех обстоятельств каждого конкретного случая.
В Global Reach считают, что официальное признание принципиально меняет уровень внимания правительства к делу.
«Внутри Госдепартамента и американского аппарата национальной безопасности идет дискуссия о том, не повышает ли официальное присвоение статуса неправомерно задержанного цену, которую Россия может потребовать в ходе переговоров об освобождении, – говорит Рамзи. – Наша позиция – нет, не повышает. Семьи этих людей придерживаются той же точки зрения.
Прежде всего, такой статус официально говорит семье: ваш близкий является приоритетом для правительства Соединенных Штатов, и мы сделаем все возможное, чтобы вернуть его домой.
При этом я хочу подчеркнуть: хотя эти пять человек пока официально не признаны неправомерно задержанными, десятки американских государственных служащих уже работают над их делами за кулисами. Эти случаи вызывают серьезную обеспокоенность, и американские власти хотят вернуть этих людей домой. Мы благодарны за эту работу.
Но официальный статус все же имеет принципиальное значение. После официального признания человека неправомерно задержанным его дело передается из Бюро консульских дел Госдепартамента в офис специального президентского посланника по делам заложников. Этот офис занимается исключительно возвращением американцев, которых удерживают в заложниках или считают неправомерно задержанными.
В офисе специального посланника оно получает целенаправленное внимание именно как дело об освобождении американца. На наш взгляд, это критически важно, потому что позволяет задействовать дополнительные инструменты, механизмы и возможности в переговорах между правительствами США и России».
В ответ на запрос «Голоса Америки» Госдепартамент США не стал комментировать возможные дипломатические переговоры с Москвой и не сообщил, рассматривается ли сейчас присвоение этого статуса конкретным заключенным. В ведомстве подчеркнули, что решение принимается госсекретарем с учетом всех обстоятельств каждого дела.
«Госдепартамент внимательно следит за ситуацией с американцами, задержанными в России, и продолжает добиваться регулярного и систематического консульского доступа к ним, – заявил «Голосу Америки» представитель Госдепартамента США. – В каждом случае задержания гражданина США за рубежом, в том числе в России, Госдепартамент на постоянной основе анализирует обстоятельства задержания на предмет признаков того, что оно может быть неправомерным.
Госдепартамент продолжает оказывать консульскую помощь гражданам США, задержанным за рубежом, независимо от того, было ли их задержание официально признано неправомерным.
Рекомендации Госдепартамента для поездок в Россию соответствуют четвертому, наивысшему уровню — “Не путешествовать”. Американцам не следует ездить в Россию ни по каким причинам».
Гражданку США и России Ксению Карелину, живущую в Лос-Анджелесе, задержали во время поездки в Екатеринбург в феврале 2024 года. Российский суд приговорил ее к 12 годам заключения по обвинению в госизмене после пожертвования около 50 долларов американской благотворительной организации, оказывавшей помощь Украине. США признали Карелину неправомерно задержанной. В апреле прошлого года ее освободили в рамках обмена заключенными между Москвой и Вашингтоном.
После возвращения в США Карелина стала публично добиваться освобождения других заключенных. Сейчас она, в частности, поддерживает семьи Ольги Джезлер, приговоренной в России к 10 годам за контрабанду наркотиков, и Чака Циммермана, получившего пять лет за незаконную перевозку оружия.
«Я сейчас нахожусь на связи с мамой Оли, ее сестрой и мужем, который находится здесь, в США. Оля – абсолютно светлый и какой-то по-неземному добрый человек, – рассказывает Карелина. – Оля попала в заключение, будучи абсолютно невинным человеком. Оля постоянно ездила, привозила своей сестре, больной раком, некоторые медикаменты отсюда».
По словам Карелиной, в очередной раз Ольга прилетела в Россию уже после начала полномасштабного вторжения, и тогда «ее задержали, в принципе, с теми же самыми субстанциями, которые она всегда привозила и декларировала, и все было в порядке».
«Чак Циммерман — тоже незаконно задержанный человек. Он находился в международных водах, когда его задержали. Он был там абсолютно легально. Он добровольно задекларировал оружие, которое было у него для самообороны на его лодке. Это достаточно частая практика для людей, которые путешествуют таким образом», – говорит Карелина.
Отдельную тревогу у семей и правозащитников вызывает состояние здоровья заключенных. По данным Global Reach и родственников, у Циммермана серьезно ухудшилось состояние желудочно-кишечного тракта и он теряет вес; у Джезлер диагностированы проблемы, требующие медицинского наблюдения; проблемы со здоровьем есть и у остальных трех подопечных организации.
В Global Reach опасаются повторения истории Роберта Гилмана, чье состояние к моменту освобождения стало критическим. Организация призывает не ждать, пока здоровье других заключенных ухудшится до такой же степени.